Хотя нет, промокашкой плевались не они, а другие дети, которые жили здесь… господи, сколько же прошло лет? Двадцать? Тридцать? Ну да, в этой вот комнате жила семья – мать, отец и двое близнецов-мальчишек. Отец потом их бросил, а мать наложила на себя руки, и мальчишек отдали в детдом…
Нет, остановила себя Пульхерия Львовна, кажется, в этой комнате жили мать с дочерью, и дочь потом вышла замуж за наркомана. Или за алкоголика. А ту историю она видела по телевизору в каком-то сериале. Ох, эти сериалы, от них все в голове путается.
Не зря говорят, что телевизор смотреть вредно…
Ага, вот и следы на двери, это наркоман ломился к ним за деньгами и пинал дверь ногами, но они не открыли, а она, Пульхерия Львовна, не побоялась и вызвала участкового Степана Валерьяновича.
Тогда телефон был только в коридоре, висел на стене вон там. Черный такой, из твердой матовой пластмассы.
Хороший был человек Степан Валерьянович, душевный. И к ней явно имел расположение, во всяком случае, намеки делал, однажды даже обнял во дворе.
Когда же это было? Смутно помнится какой-то праздник, громкая музыка, красные флаги. Новый год? Нет, была весна. День Победы? Может быть, Гагарин полетел в космос?
Пульхерия Львовна вдруг повернула голову и с изумлением уставилась на чужую дверь. Что это она тут стоит, когда у нее столько дел? Ведь, судя по всему, в квартире никого нет, а это значит… это значит, что сегодня будний день, она может прорваться в ванную и приготовить что-нибудь на кухне.
Хотя… соседи отчего-то очень ругаются, когда она подходит к плите. Эта неприятная женщина, у нее еще муж пьет, орала визгливым голосом и обзывалась неприличными словами, каких женщина вообще не должна употреблять, утверждая, что Пульхерия Львовна забыла выключить газ. То есть крантик она повернула, а спичку не поднесла. Ну этого просто не может быть!"
"Пульхерия Львовна так и сказала ей и еще прибавила, что молодой женщине неприлично так выражаться, оттого и муж пьет – невмоготу ему смотреть на такое безобразие.
Вся нечесаная, в засаленном халате, какой мужчина такое выдержит?
Тут та обозвала ее и вовсе неприлично и ушла. А вторая соседка, Пульхерия тоже не помнит, как ее зовут, только посмеялась – молодец, говорит, бабуня, здорово ты ее. Эта вроде к Пульхерии Львовне неплохо относится, но манеры у нее… Называет бабуней и вечно свой борщ подсовывает – жирный, наваристый.
