Женщина посмотрела в компьютер, повернулась ко мне и проговорила, неприязненно поджав губы:
– Есть такая. Вторая неврология, двенадцатая палата. Платная. Только вас к ней все равно не пустят.
Я слышала, что персонал муниципальных больниц плохо относится к тем, кто лежит в платных палатах, и вот сейчас увидела это своими глазами.
– А как ее состояние?
– Средней тяжести, – ответила медсестра, преодолев классовую неприязнь. – Температура нормальная. Только я еще раз говорю, девушка, вас к ней не пустят.
Я не стала спорить, поблагодарила медсестру и подошла к стене, на которой был изображен план больницы. Там я узнала, что второе неврологическое отделение находится на шестом этаже.
Поднявшись туда, я открыла дверь и вошла в отделение. На сестринском посту не было ни души, так что я беспрепятственно прошла по коридору до двенадцатой палаты. Толкнув дверь, я заглянула внутрь.
Палата была одноместная, довольно просторная, с большим окном. На единственной кровати лежала Лилиана Ковальски, но узнать ее было трудно.
Лицо белое, как алебастровая маска, только под глазами темнели лиловые тени. Спутанные волосы лежали на подушке тусклым ореолом. Глаза были закрыты, неровное хриплое дыхание вырывалось из потрескавшихся губ.
– А вы кто такая? – раздался вдруг из угла негромкий голос.
Я вздрогнула и оглянулась. В углу комнаты сидел мужчина лет сорока в накинутом на плечи белом халате.
– Я хотела проведать Лилиану, – ответила я тоже негромко, чтобы не беспокоить больную.
– Я ее знакомая. А вы кто?
– Охранник, – ответил мужчина коротко. – Видите же, она спит. Так что не беспокойте. Ей нужен отдых.
– Ладно, не буду беспокоить… – Я вышла из палаты и направилась к выходу.
Спрашивается, зачем я сюда приехала? Ну увидела Лилиану, а толку-то?
– Вы ее родственница? – послышалось у меня за спиной.
– Знакомая… – ответила я и только после этого обернулась.
Следом за мной по коридору шел мужчина в белом халате и шапочке. Лицо его закрывала голубая медицинская маска.
На нагрудном кармашке был приколот бейдж «В. С. Мурашко».
– Я – ее лечащий врач, меня зовут Владимир Сергеевич, – проговорил он с той сдержанной приветливостью, с которой врачи разговаривают с родственниками тяжелобольных.
Мне показалось, что я уже видела этого врача, но где я могла его встретить? Впрочем, попробуй узнай человека, лицо которого закрыто маской!
– Как она вообще? – задала я традиционный вопрос.
