– Я налила ему еще кофе и тут спохватилась: – Ты же наверняка есть хочешь! А у меня осталась булочка… правда, только одна…
Я достала из сумки пакет, вспомнив, что купила на заправке несколько булочек с маком – две съела, а одна осталась, ее-то я и отдала Вите.
Его глаза засияли. Я думала, что он тут же заглотит булочку, но он разломил ее, одну половину съел, деликатно отламывая маленькие кусочки, а вторую зажал в кулаке, отошел от машины и огляделся по сторонам.
– Куда ты? – спросила я.
– Я хочу друга угостить!
– Друга? – удивилась я.
– Где же он, твой друг?
– Сейчас придет!
Витя громко посвистел сквозь выбитый зуб и прислушался, наклонив голову к плечу. Я с удивлением наблюдала за происходящим.
Витя снова посвистел.
Какое-то время ничего не происходило, но вдруг бурьян неподалеку от нас зашевелился, и из него, виляя хвостом, выскочила большая лохматая дворняга с проплешиной на боку. Одно ухо у нее висело, другое победно торчало к небу, глаза были разного цвета.
– Вот друг! – гордо сообщил мне Витя.
Ну да, собака – друг человека!
Собака подбежала к нему и ткнулась мордой в колени. Витя протянул ей половину булочки. Собака аккуратно прихватила ее с ладони, и угощение исчезло в пасти. При этом я успела разглядеть зубы – крупные и острые.
Проглотив булочку, собака благодарно взглянула на Витю, лизнула его в руку и улеглась возле его ног.
– Это – своя, – сказал Витя, кивая на меня, – подойди, друг, познакомься.
Собаченция встала с явной неохотой, но подошла и потерлась о меня лобастой головой.
Я отогнала от себя мысль о грязной шерсти и блохах и погладила ее.
– Хороший песик, друг…
От дворняги жутко несло псиной.
На какое-то время воцарилась тишина. Я хотела задать Вите много вопросов, но боялась спугнуть его. Так что пока молча сидела, обдумывая все, что узнала сегодня.
Значит, если верить Вите, двадцать пять лет назад здесь погибло много людей. Их трупы закопали в цеху, залили сверху бетоном. Погибших никто не искал.
Если верить Вите… вот именно, можно ли верить Вите? Судя по его поведению, человек больной на всю голову, вполне мог все перепутать.
Дворняга по имени Друг подняла голову, посмотрела на меня очень неодобрительно и тихонько рыкнула, показав внушительные зубы. Дескать, имей совесть, человек тебя спас, а ты о нем так плохо думаешь.
Ясно, подумала я, стало быть, Вите можно верить. Дворняга тут же спокойно улеглась и даже глаза закрыла.
Значит, по Витиным словам, к тем ужасным событиям имела отношение некая Мамба.
