Плач прекратился, и в соседнем помещении наступила пугающая тишина. — Я с вами разговариваю! Лучше откройте по-хорошему. Я вторую ночь слышу ваши всхлипы. Это ненормально. За створками послышалась возня. Затем тихие шаги. Кто-то, я почти уверена, застыл у прохода в мою каюту, раздумывая над тем, стоит ли его разблокировать или нет. Наконец, створки зашелестели, медленно раздвигаясь в разные стороны. Я отошла на шаг назад, рассматривая появившейся в слабо освещенном иллюминацией проеме невысокий женский силуэт.
""Да они, вашу мать, издеваются надо мной что ли?"". А теперь, внимание, догадайтесь с одного раза, кого я увидела перед собой? Ну, конечно, не кого иного, как заплаканную Энрику Болер, судорожно вцепившуюся в свой криво запахнутый халат, собственной персоной! Мы молча смотрели друг на друга, я — с удивлением и недовольством, она — ожидаемо со страхом. И несмотря на тот факт, что вроде бы мы обе имели примерно одинаковый рост, мне казалось, что я возвышаюсь над бывшей любовницей покойного бывшего мужа минимум на голову.
На один крошечный и практически ничтожный миг мне стало искренне жаль стоящую передо мной блондинку с большими влажными глазами. Сейчас она действительно казалась совсем девочкой, юной и невинной. Несчастной, одинокой, сломленной, оставшейся один на один с причиной своих кошмаров, собственными внутренними демонами и испускающей их тьмой.
Хотя кто из нас двоих причина чьих кошмаров, это еще можно поспорить. Так, Лайла, хватит. Вспомни, как все начиналось, и запрячь подальше свое доброе даже к таким разумным нутро. Один раз ты уже помогла этой Рике не уйти на тот свет, и чем все это для тебя закончилось? Не зря бабуля любила повторять древнюю мудрость землян про ""благие намерения"". — Ведите себя потише, госпожа Болер, — произнесла я, стараясь звучать уверенно и строго, но не зло, и тем более не участливо.
— У меня рано начинается смена, а я вторую ночь слышу ваши стенания. Похоже, вам стоит принять дозу успокаивающей инъекции. — Мне... нельзя. По физическим причинам, — вздохнула Энрика, вытирая слезы рукавом халата. Вот удивительная способность плакать и выглядеть при этом привлекательно и свежо, а не опухшим сопливым чудовищем.
