Бабулин волевой и несгибаемый характер не позволил нам, пожилой женщине и маленькому беззащитному ребёнку, пропасть в трущобах станции или пострадать от рук местной теневой публики, а кровная принадлежность к “загадочным” сигойнам и удивительная способность Наны Бояновой быстро сходиться с разумными и заводить полезные знакомства в самых разных слоях разномастного населения ""нижнего"" кольца, заставили уважать ее, а потом и нас обеих, обходить стороной и даже порой оберегать в той манере, на которую в принципе были способны местные жители: теневики, простые работяги и всякого рода переселенцы с разных планет, не нашедшие на станции достойного заработка или не искавшие его вовсе.
Все эти годы, пока я росла и училась на базовой, доступной жителям “нижнего” тора “Экраны” ступени станционного образования, бабушка работала в нескольких развлекательных заведениях местного квартала развлечений, где пела по вечерам под аккомпанемент сенсорного гитарного манипулятора, доставшегося ей еще от ее родителей.
Со временем Нана Боянова даже стала своего рода знаменитостью, на чьи выступления на свой страх и риск спускались поглазеть и со ""среднего"" кольца “Экраны” в том числе, хотя этот факт в нашей жизни ничего практически и не менял. Принадлежность к ромам, коих на станции осели единицы, добавляло маленькой семьи Бояновых некий флер таинственности, что играло нам только на руку и никогда не мешало учиться или работать, не запятнав себя при этом какими-то сомнительными историями.
Наше наследие не доставляло нам особых проблем, навязанных предрассудками или слухами, всегда сопровождающими сигойнов независимо от того, какой способ существования, оседлый или кочевой, они выбрали, насколько чтили традиции предков и следовали ли принятым в общинах законам, даже будучи от них отрезанными."
"Наверное, именно этот факт заставил меня расслабиться и не думать о том, что когда-нибудь мои корни станут причиной того, что из обычной женщины-землянки я в глазах окружающих стану опасным и не соответствующим их картине мира элементом, способным на самые страшные поступки во имя мести за нанесённые обиды, лишь имея соответствующие гены.
Став чуть старше, я всеми силами старалась помочь бабуле заработать нам на пропитание и достойную по меркам “низа” станции жизнь, причем исключительно честным и не порочащим репутацию нашей семьи образом.
