Я снова опустила глаза на список будущих служащих “Невуса”, вперилась немигающим взглядом в знакомое имя, знаменующее одну из причин и исток моих страданий и проблем, и мысленно досчитала до десяти.
— Как думаете, она знала, что я собираюсь участвовать в этом полете? Она немерено это сделала? А когда руководство мне это предложило, кто-то проверял этот список и осознавал, на что нас обеих подписывает?
Опять случайность? Снова удар судьбы мне за неведомые прегрешения? Или кто-то просто решил, что лучше избавиться от двух женщин с покореженными одним мужчиной жизнями одним махом, посадив их на один корабль и отправив в долгое путешествие?
Наверное, чтобы глаза не мозолили и публику своими несчастными лицами не тешили, да?
Неужели ты хочешь отнять у меня и эту призрачную возможность убежать от того, в чем частично сама же и виновна, ""милая Рика”?
Шеф снова бросил на меня жалостливый, полный непритворного участия взгляд, не зная, чем еще помочь мне в возникшей моральной дилемме на пути к поставленной цели.
— Я подпишу этот сраный контракт. — процедила я с неимоверным усилием, будто каждое слово наносило мне болезненный удар куда-то в район солнечного сплетения. — Если такова последняя и самая тяжелая проверка, посланная мне, чтобы все пережить, отпустить и с чистой совестью шагнуть в новое будущее, я должна пройти ее во что бы то ни стало. И эта женщина во второй раз не станет для меня препятствием.
Возможно, все должно быть именно так. Возможно, это нужно нам обеим, хотя я пока и не понимаю, зачем?
Чтобы я ее простила? Чтобы она простила меня и осознала, что я такая же жертва, как и она сама, и не имею отношения к ее горю? Что моя боль такая же сильная и глубокая и тот, кто ее причинил, был, несмотря ни на что и как бы я не желала обратного, все еще дорог мне, как и ей?
“Энрика Болер.
Младший медик.” — значилось девятым номером в списке.
Да-да, та самая, чтоб ее, любовница моего мужа...
Женщина, с которой он предал меня и к которой затем ушел.
..
Та, что рыдала от горя на пороге моего дома и корчилась от боли в моих руках после его смерти...
Та, в личной трагедии которой сейчас почему-то несправедливо и необоснованно обвиняют меня, как бы чудовищно это ни звучало...
Женщина, которая, как выяснилось, собирается служить со мной на одном корабле в этой торговой экспедиции, окончания сроков которой никто даже близко пока предугадать не может.
Если я, конечно, подпишусь на эту миссию.
