На пороге стояла Галочка.
– Вот ты где. А я тебя по всему конезаводу ищу, – улыбнулась она.
– Зачем?
– Просто так, – пожала поэтесса плечами, прошла в комнату, заглянула в люльку Офелии, села на диван, положила руки на колени, как застенчивая школьница.
Он присел рядом.
– Ты прости меня, Галь, за все. Я был не прав. Да, катастрофически не прав и очень перед тобой виноват, – тихо сказал Ванька. – Ты столько всего для меня сделала, так помогла, жизнь спасла. Не знаю даже, как отплатить тебе за добро."
"– Глупости какие.
Я же от чистого сердца! – Галина немного помолчала. – Ты тоже меня прости. Я вела себя невыносимо.
– Значит, мир?
– Мир.
Тишина в комнате прервалась сонным кряхтением Офелии. Ванька покачал люльку и обернулся к Гале.
– Я тут подумал… Может, попробуем начать все заново, когда выберемся отсюда? Попытаемся склеить, так сказать… ээ… разбитую лодку? Понимаю, что вряд ли это возможно после всего… но…
– Боже, как я мечтала! Как я мечтала, что ты скажешь эти слова! – с придыханием воскликнула Галочка.
– Только зачем ждать, Ванечка? Давай попробуем прямо сейчас, – она положила голову ему на колени и затихла, ожидая немедленной ласки.
Он смотрел на белобрысый затылок с полосой отросших темных волос у корней, чувствовал тяжелый аромат ее парфюма и задыхался от отчаянного желания придушить эту тварь, призвать немедленно к ответу, раздавить, как клопа… Но разум подсказывал, что действовать надо иначе. Рядом Офелия, нельзя рисковать. Неизвестно, что выкинет психопатка, когда узнает, что ситуация вышла из-под контроля.
Одна ошибка может стоить ребенку жизни. Пока Галя считает, что все складывается по ее плану, она не причинит малышке зла. Однако Ванька не ожидал от бывшей такой решительности. Даже не поломалась ради приличия.
– Извини… я как бы… Я не могу здесь. Вдруг Мотя заглянет Офелию проведать?
– Да не напрягайся ты! – грубовато сказала Галина. – Матильда у меня отпросилась на всю ночь. Казимир сделал ей предложение, и у них там праздник. Расслабься, Вань. Никто сюда не придет до утра.
Ну, обними меня, я ужасно соскучилась! – Галя потянулась к его губам.
– Тогда, конечно, – прошелестел Ванька, у которого от напряжения сел голос. Неуклюже погладил ее по волосам, чмокнул в лоб и отсел подальше. – Нет, Галь, не могу. Жаль, что выпить нечего.
Некоторое время она размышляла, отвернувшись и покусывая ноготь.
– Почему нечего? В Греции все есть. Подожди меня здесь, никуда не уходи, я сейчас вернусь. – Галочка вскочила и бросилась к двери.
