Граф Беркутов умер в нищете, даже не предполагая, что владеет несметными богатствами! – Директор треста сделала эффектную паузу. – Их вам и предстоит разыскать. Они спрятаны здесь.
– Ни фига себе! Вот это, я понимаю, драматургия! – присвистнул Хлебников и посмотрел на Донателлу с восхищением. Его идея со спрятанным чемоданом, полным денег, спортивными конкурсами и ключами сейчас казалась детским садом."
"– Немного предыстории, – деловито предложила Дона, довольная произведенным впечатлением. – Разгребая конезавод Беркутова от хлама, мы нашли письма графа, адресованные княгине Анастасии Власовне Залесской.
Как вы уже, наверное, догадались – возлюбленной графа. Вы будете удивлены, но при жизни графа ни одно письмо не дошло до адресата. Беркутов, опасаясь скомпрометировать или поставить в неловкость замужнюю даму, писал их для себя, выплескивая на страницы страсть, нежность и любовь. По сути, это дневник в письмах. Как незримой собеседнице, он рассказывал княгине Залесской о своих делах, делился планами.
Из писем мы узнали, что граф оказался хоть и не гением селекции, но довольно толковым заводчиком. К сожалению, до своего звездного часа он так и не дожил. Разорению Беркутова способствовал массовый падеж поголовья из-за тяжелого и практически неизлечимого заболевания – инфекционной анемии. В то время болезнь еще не была описана. Ее путали с «болотной лихорадкой» из-за сезонности вспышек в летний период в лесистых болотистых местностях. Основное патологическое воздействие болезни – разрушение эритроцитов крови и подавление кроветворной функции костного мозга.
Гибель лошадей от этого заболевания по сей день очень высока и достигает в отдельных случаях 80 % от числа заболевших. Переносчиками заболевания являются кровососущие насекомые, как правило, слепни. Иммунитет к заболеванию инфекционной анемией крайне неустойчив, и создать его вакцинацией практически невозможно. Лечение болезни, особенно в острой форме, неэффективно. Поэтому лошади с подтвержденным диагнозом или проявляющие признаки инфекционной анемии подлежат забою.
– Ужасно! Надеюсь, заболевание не передается людям? – перебила Донателлу Галочка, обмахивая себя руками на манер старинных барышень.
– Не передается. Позвольте, я закончу? – мило улыбнулась Донателла, сдерживая раздражение. Галочка явно ей не нравилась.
Поэтесса тоже не испытывала симпатии к Донателле. Ванька несколько раз замечал ее полные презрения взгляды, брошенные украдкой на жену Белгородского.
