В детских учреждениях способны трудиться лишь те, у кого нервная система словно купол ПВО-ПРО над Москвой, она непробиваема! И вообще, не существует работы, на которой не случается стрессовых ситуаций. Просто у некоторых людей их больше, и рано или поздно вырабатывается умение отделять мух от котлет, наступает понимание, в каком случае не стоит исходить на мыло, все малоприятно, но под контролем, а в каком необходимо мобилизовать силы. Но нельзя впадать в истерику, хлопать крыльями, падать в обморок. Даже в самой трудной ситуации не следует терять ум и надо понимать, что всегда можно найти два выхода из положения.
Как-то раз Ивану Никифоровичу, тогда еще простому игроку на поле, пришлось залезть в трубу канализации и совершить по ней «путешествие». Понравился ли моему тогда еще не мужу подобный променад? Испытал ли он удовольствие, шагая по фекалиям? Конечно, нет! Но это был выход из вроде бы безвыходного положения. Поэтому, если злая судьбина затолкала тебя в сортир, не причитай, не рыдай, скажи себе: «Спокойно, дорогая.
Определенно, есть возможность отсюда выбраться. Как? Убежать через канализацию. Приятно это? Нет! Понравится тебе это приключение? Нет! Но это выход! Выдохни и лезь в трубу. Останешься жива – отмоешься».
Я не сразу научилась так себя вести и моя нервная система до сих пор дает сбой. Вот почему я сейчас встревожилась? Конечно, странно, что Федор нас к себе домой позвал. Но что с того?
Джип вылетел за пределы столицы, Димон увеличил скорость. Мы оба не произносили ни слова.
Когда машина оказалась на небольшой площадке у ворот, Коробков вынул телефон.
– На месте.
Ворота раздвинулись, стало понятно, что за ними прячется гараж. Внедорожник въехал внутрь. Димон заглушил мотор, потом произнес:
– Нас ждут!
На пороге небольшого коттеджа никого не оказалось. Я открыла дверь. В холле стоял Волков. Федор быстро запер дверь, через которую мы вошли, и молча распахнул другую. Мы прошли через коридор, поднялись на второй этаж и оказались в кабинете с плотно зашторенными окнами.
В одном из кресел сидел Иван Никифорович. Около него на столике белела чашка.
– Садитесь, – быстро сказал хозяин, который устроился за письменным столом. – Прослушка исключена. Здесь никого, кроме нас. Войти в дом ни один человек без разрешения не сумеет, окна прикрыты спецставнями."
"– Типа бункер, – заметил Димон. – Серьезная подготовка.
– Пожалуйста, отключите все телефоны, положите их на стол, – попросил Волков.
Мы молча повиновались.
