– Газета «Памятная дата» опубликовала короткий некролог, зачитываю: «С глубоким прискорбием сообщаем о безвременной кончине сегодня, восемнадцатого июля, талантливого художника Константина Петровича Чулова».
Димон посмотрел на нас.
– Сообщение это опубликовано восемнадцатого июля. Но! За год до того как отец Ирины разбился в аварии.
– Так, – протянул Иван Никифорович. – Так! Интересно… Что это за издание?
– В девяностые годы у нас появилась масса разных газет, журналов. Одни просуществовали пару месяцев, другие до сих пор работают.
Кто из вас помнит издания «Клюква», «Мегаполис-экспресс»? Они канули в Лету, а ведь выпускались когда-то миллионными тиражами. Газета «Памятная дата» – из этой стаи. В ней публиковали каждый день сообщения о кончине или дне рождения, о свадьбе известных актеров, писателей, певцов. И каждый читатель мог позвонить в редакцию, попросить поздравить кого-то из своих близких. Услуга стоила недорого. И увидеть, что тебя поздравляют в газете, было в новинку. «Памятная дата» просуществовала не один год.
Коробков почесал затылок.
– Поскольку сотрудники печатного издания информацию не проверяли, просто публиковали сообщения, кое-кто использовал газету для мести. Отправлял текст о смерти своего живого недруга. Малоприятно человеку прочитать о своей кончине. С Чуловым мог случиться такой вариант. Но до того как увидел номер «Памятной даты», искал захоронение Константина Петровича. Обнаружил, что урна с его прахом зарыта на давно несуществующем погосте в деревне Молоково.
Сейчас на месте села жилые дома Новой Москвы. Даты жизни художника такие же, как напечатала газета. Вопрос: каким образом покойник воскрес, снял дачу, пожил там лето, а потом погиб в аварии? Еще недоумение: у мужика была дочь Ирина, ей оставалось учиться еще один год в школе. Взрослая девочка. Она называла папой чужого дядю? Или восставший из гроба Константин реально был ее отцом?
– Интересно, – протянула Ада. – Про живописца Чулова есть хоть какая-то информация?
– Он торговал картинами на Арбате, – отозвался Димон.
– И имел комнату в «двушке». Сосед его по коммуналке давно умер, дом снесли. Больше никакой информации нет о мужчине.
Глава двадцать первая
Иван Никифорович уехал в офис на совещание, Ада Марковна пошла в столовую.
– Пошли и мы чаю попьем, – предложил Димон.
– Не хочется, – призналась я.
– Ну посидишь за компанию.
– Ладно, – согласилась я. – Только руки помою, и отправимся.
Но не успела я выйти в коридор, как раздался звонок от Фаины.
