– Ты и так шикарно выглядишь, а станешь неотразимой.
– Спасибо, – неожиданно сумела произнести я.
– О! Процесс улучшения пошел, – отметила Мари и исчезла за дверью.
Глава восьмая
К дому, где меня ждал Петр Карпов, я подъехала за десять минут до начала встречи.
Мари оказалась права. Говорю теперь я нормально. Синяков на лице нет. Правда, вместо глаз у меня щели, а щекам позавидуют все хомяки мира. Но Карпов со мной не знаком. И, наверное, он не станет громко смеяться над внешним видом незнакомой женщины.
Может, я такой родилась. На мне же не написано, что я недавно стала жертвой косметолога.
Войдя в здание, я увидела охранника.
– К кому? – сурово спросил он.
– Меня ждет Петр Карпов, – ответила я.
– Паспорт, – потребовал бдительный страж, взял документ, некоторое время рассматривал первую страницу, потом схватил телефон. – Геннадий Сергеевич, спуститесь.
– Что не так? – удивилась я.
– Обычная проверка документа, – объяснил дежурный. – Присядьте пока, вон там диванчик.
Бездельничала я минут десять, потом из лифта вышел полный мужчина.
Он пошептался с дежурным и попросил:
– Татьяна, подойдите, пожалуйста.
Я вернулась к закрытому вертушкой входу.
– Это ваш документ? – уточнил Геннадий Сергеевич.
– Внутри есть фото, – отозвалась я.
– Что-то не похожи вы на снимок, – пробубнил Геннадий. – В ксиве лицо треугольное, а у вас прямо… э… э… как…
– Как кастрюля, – подсказал охранник.
– Макс, тебя не просили говорить! – рассердился начальник. Потом он обратился ко мне: – Глаза в паспорте круглые, размер обычный.
А вы прямо китайка!"
"– Китаянка, – опять вставил Максим и прибавил: – У меня мама – учительница младших классов.
– Снимок мой, – смутилась я, – утром глаза и щеки нормальные были.
– Только не говорите, что вас пчелы покусали, – захихикал Максим.
– Можете подтвердить личность другим документом? – осведомился Геннадий.
– Права, удостоверение рабочее, – перечислила я. – Но везде снимки одинаковые.
– Прямо не знаю, – прогудел Геннадий.
– Сканер починили, – подсказал Максим.
– Почему сразу не сообщил? – рассердился босс.
– Так вы молчать велели, – напомнил охранник.
– Мужик должен живо соображать, когда ему заткнуться, а когда разомкнуться! – объявил Геннадий и показал на небольшое окошечко в стене. – Встаньте напротив с умным видом. Не надо лыбиться, рожи корчить. Естественная морда лица.
Я выполнила приказ, послышался тихий писк.
– Личность определена точно! – объявил Максим.
