А пока я ждал, когда уйдут те, кого я не видел, а потом дверцу ломал, приехал полицейский. Но! Сегодня проверил. В ту ночь звонка из Косюхина в отделение не поступало.
– Так, – протянул Иван Никифорович.
– Сотрудника Панкратова Ильи Родионовича там нет, – продолжил Волков, – и начальник не Федулов Роман Николаевич, а Петров Андрей Сергеевич.
– Подстава, – тихо пробормотала я. – Зачем он приезжал, прикидывался полицейским?
– Куда делось тело? – прибавил Иван Никифорович.
– Ответа нет, – в который раз сообщил Волков.
– Это точно была Лида? – продолжила я.
Федор кивнул.
– Да. Брюки с кофтой вместе покупали перед Новым годом. И волосы ее.
– Причина смерти? – безжалостно осведомился Иван Никифорович.
– ЧМТ ЛЧ, – ответил Федор.
Я молча слушала, как мужчины безо всяких эмоций говорят о черепно-мозговой травме лицевого черепа. В подобных разговорах участвую постоянно, знаю, что МТ – мягкие ткани, ВЧ – повреждения внутричерепных структур, МЧ – перелом мозгового черепа… Но до сих пор все беседы с участием судмедэксперта шли о посторонних людях.
Лиду нельзя назвать моей близкой подругой, но знаю ее не один год. Мне очень трудно слышать о Лидусиной ЧМТ ЛЧ.
Давным-давно, когда только начинала работать в бригаде, я расплакалась при осмотре места происшествия. Там лежала совсем молодая женщина моего возраста, для которой уже не наступит завтрашний день. В офис я вернулась вся в слезах, и Димон тогда сурово сказал:
– Умойся, приведи себя в порядок, потом начнем работать.
– Неужели тебе ее не жалко? – всхлипнула я.
– Жалко у пчелки, – отрезал Коробков. – От твоих слез девушка не воскреснет. Но можно найти того, кто лишил бедняжку жизни. Мы те, кто способен сделать душе покойного подарок – вычислить убийцу и отдать его в руки правосудия. У тебя должны быть горячее сердце, холодный ум и чистые руки. Так сказал когда-то Феликс Дзержинский[1]. Он не мой кумир, но высказался верно.
Слова Коробка встряхнули меня, неопытного члена бригады. С тех пор я не рыдаю, а старательно иду по следу.
Но если хорошо знаешь жертву, то трудно сохранять холодную голову.
– ЧМТ ЛЧ, – повторил Иван Никифорович. – Лицо, значит, сильно повреждено.
– Это соответствует действительности, – согласился Федор. – Но все остальное – волосы, фигура, одежда, часы, серьги в ушах – все как у Лиды.
Глава четвертая
Следующее утро началось со звонка Фаины.
– Вот ты какая! – обиженно прогудела она. – Знаю хороший салон, ты обещала пойти туда со мной.
