На самом деле никакие друзья его не встречали, Дауда носило из стороны в сторону, ноги заплетались, и он еле-еле переставлял их, медленно, но все же продвигаясь вперед и оставляя за собой кровавый след… Потом он упал, но продолжал ползти, надеясь, что вот-вот увидит лица друзей. Но сквозь пелену забытья выплыла звериная морда с оскаленной пастью и хищными желтыми глазами. «Галлюцинация», – мелькнула его последняя в жизни мысль…
Но как раз это не было галлюцинацией. Ирбис долго выслеживал свою беспокойную добычу.
Она то пропадала неизвестно куда, то будоражила вечное спокойствие гор взрывами и выстрелами, но, наконец, терпение преследователя было вознаграждено. Вот она – раненая, обессиленная, безопасная…
Но Дауд был уже не раненым. Он был мертвым! Таким же мертвым, как три пограничника, лежащие тремястами метрами выше. Таким же бездыханным, как отрезанная рука в ста метрах.
Длинный хвост зло ударил по пятнистым бокам, снежный барс развернулся и побежал вверх, в места своего постоянного обитания.
Ирбис не питается падалью.
А стервятники как раз питаются. Почувствовав мертвечину, несколько парящих в вышине орлов начали сужать круги и опускались все ниже и ниже. Один, наиболее расчетливый, а может, более смелый или наглый (в человеческом обществе эти качества часто совпадают или являются взаимозаменяемыми), спикировал, схватил отрезанную руку и, тяжело взмахивая крыльями, понес добычу в свое гнездо. Остальные приземлились рядом с трупами и принялись примеряться, как лучше их расклевывать.
Но тут раздался гул вертолетного двигателя, и стервятники всполошенно разлетелись в разные стороны.
Пограничный вертолет приземлился чуть выше места перестрелки. Тревожная группа с собакой на поводке бросилась к убитым. Старший немедленно передал информацию о ЧП на заставу. Через несколько минут в пограничном районе была объявлена тревога.
* * *– В трех метрах справа от кровяного пятна обнаружены гильзы автоматные, калибра пять сорок пять, в количестве двенадцати штук…
– Вот еще две, товарищ майор, под снегом были, – сказал один из рыщущих вокруг солдатиков и показал пальцем – где именно.
– В количестве четырнадцати штук, – повторил Алиев в крохотный цифровой диктофон.
Ему нравилось работать с военными – всегда под рукой есть люди, техника, транспорт, словом – все, что нужно. Вот и сейчас – место происшествия оцеплено, мышь не проскользнет… Правда, на такой высоте даже мыши не водятся, не то что любопытная публика.