Где же та армия, где честным солдатам платят такие деньги? Честное слово, я записался бы в нее рядовым!
– Так это же не в армии, ваша милость, просто год назад была одна работа.
– А-а, значит, ты удачливый воин?
– По-разному бывает, ваша милость. Когда – сыт и пьян, а когда – вот… – Орк развел руками.
– Ты мне нравишься, парень, у меня еще никогда не служили орки. Пойдешь ко мне?
– Я не могу, ваша милость.
– Почему? Думаешь, платим, мало?
– Нет, я не об этом. Не по правилам вы воюете.
– Да какие же на войне правила, орк? Как можем, так и воюем.
У нас все так делают.
– Ну, может, у вас все так делают, да только орки с женщинами не воюют, а чтобы мешки барахлом набивать… – Углук кивнул в сторону все увеличивавшейся кучи с награбленным добром.
Де Гиссару такие слова не понравились. Он и за меньшее приказывал живьем в землю зарывать.
– Понятно. А где твое оружие, честный солдат? Пропил или проиграл в кости?
Стоявшие рядом уйгуны хрипло засмеялись, словно зачирикали простуженные воробьи.
– Нет, ваша милость, оружие было при мне, но его судебные крючкотворы забрали.
"
"– Вот его оружие, хозяин, – сказал наемник, состоявший в конвое орка, и показал огромный двуручный меч с позеленевшим клинком.
– Ну-ка дай. – Де Гиссар взвесил на руке тяжелое оружие. – Что же ты его не чистишь, честный солдат? Это же твой кусок хлеба – ты ведь, наверное, ничего делать не умеешь, кроме как воевать. Тупее твоего меча во всем герцогстве не сыщешь, да что там в герцогстве – в королевстве не найдешь второго такого.
– По мне и так сгодится, а как работа подвернется – я его наточу.
– А где же ножны?
– Ножны я проел, ваша милость, на кашу сменял в лихую годину.
– Так ты, значит, еще и обжора?
– Я не обжора, ваша милость, просто я большой, – ответил орк с некоторой долей обиды.
– Небось и сейчас жрать хочешь? – усмехнулся де Гиссар.
– Хочу, – признался орк. – В тюрьме-то не особенно потчевали.
– Зато я своих гостей потчую так, что больше не просят, – произнес де Гиссар со злой улыбочкой и оперся руками на меч орка.
– Предлагаю тебе сыграть в небольшую игру.
– Какую?
– Да ничего особенного – жизнь свою отыгрывать будешь.
– Это как же?
– Просто, – пожал плечами де Гиссар. – Выступишь один против двух моих солдат… или нет – против трех, ты ведь вон какой здоровый, да и меч у тебя устрашающий.
Последнее замечание де Гиссара снова вызвало смех его приближенных.
Орк вздохнул, переминаясь с ноги на ногу и поглядывая то в одну сторону, то в другую.
