– Хочу разместить в вашей гостинице своих друзей.
– Вот этих? – Хозяин кивнул в сторону эльфа, орка и гнома.
– Этих.
– Боюсь, ваша милость, это невозможно. Они же не люди. Они мне всех постояльцев распугают. – Хозяин поправил красный колпак и подтянул спадавшие кальсоны. – Никак невозможно. Никак.
– Почему же невозможно? Полтора года назад они жили в этой гостинице, и никто не возражал.
– Вполне возможно, ваша милость, ведь полтора года назад «Кот и Ботинок» принадлежал другому владельцу. Впрочем, теперь мне понятно, почему он прогорел…
– Что вам понятно? – начал раздражаться Каспар.
Он считал себя человеком справедливым и спокойным, но иногда тупость некоторых горожан казалась ему беспредельной и рука сама тянулась к рукояти меча.
– Простите великодушно. – Владелец гостиницы уловил перемену в настроении господина с мечом и сменил тактику: – Вы кажетесь мне человеком незаурядного ума, уверен, вы меня поймете…
Владелец доверительно подмигнул Каспару, однако тот решил, что ему делают какое-то неприличное предложение.
– Ты за кого меня принимаешь, рожа торговая?! – строго спросил он,
– Поймите, у меня ведь все солидные постояльцы разбегутся, если я этих… ваших гостей в гостинице поселю, – затараторил владелец, – Взять хотя бы господина с первого этажа. Я слышал, он граф, зовут его Бертран. Неужто граф согласится жить рядом с этими? – Владелец гостиницы, брезгливо оттопырив мизинец, показал на солдат Каспара.
– Граф с первого этажа друг этих господ, – отчетливо произнес Каспар. – А если вам этого мало, то я скажу, что эти господа полтора года назад постояли за жизнь герцога Ангулемского и имели от него личную признательность и похвалу.
Вы идете против герцога Ангулемского, я правильно понял?
– Да ни в коем случае, ваша милость! – воскликнул хозяин, поняв, что его берут за горло. – Пусть селятся, я только рад буду! А комнату я им отведу рядом с графом, сию минуту.
– Ну вот, сразу видно благородного человека, – милостиво произнес Каспар, убирая руку с рукояти меча.
– Как долго ваши друзья будут оказывать нам честь своим присутствием? – спросил владелец.
– Неделю.
– Очень приятно. Очень приятно, ваша милость. Надеюсь, оплата в шесть серебряных рилли за день проживания не покажется вам чрезмерной?
– Не покажется, только платить будем в день отъезда.
– Как прикажете, ваша милость, как прикажете, – с чувством произнес владелец, прижимая к груди ладони. – Какая честь для нас! Какая честь! Идемте, я покажу вам эту великолепную комнату.
