Если доставленная женщина командиру не нравится, он отдает ее в отряд, где с нею развлекаются до тех пор, пока не задолбают насмерть. Редко кто выдерживает более трех-четырех дней.
Рейдов на солидное удаление не было уже более недели, а из последнего возвратиться еще не успели, поэтому мне нужно позаботиться только о пленницах Абдуллы.
Я загоняю женщин в продуктовое хранилище под покоями командира — каменный мешок, там они не пострадают. Правда, им наверняка здорово достанется, если моя авантюра удастся — после взрыва базы сюда через часок припрутся «чехи» из соседних сел — посмотреть, что тут произошло.
Мне их искренне жаль, но я не товарищ Сухов, чтобы с гаремом Абдуллы таскаться по заминированному лесу — там и одному пробраться весьма проблематично… Да, заминированный лес. Последнее, что мне требуется, — формуляр минных полей. Лес за скалами, что окаймляют лагерь полукругом, сплошь усеян взрывными заграждениями, которые заботливо устанавливали в течение полутора лет умелые руки чеченских бойцов.
Так что без формуляра там шляться будет весьма небезопасно…
Вот и все, что мне от тебя требуется, Абдулла Бекаев, командир «непримиримых»… Ага, ты уже конвульсивно дергаешься — на секунду я ослабляю нажим коленом. Ах ты мой хороший, хватаешь воздух, как рыба, выброшенная на сушу, глаза выпучил, мычишь чего-то. Ведь я тебя по-хорошему спрашивал пять минут назад: три кода и формуляр. А ты глубокомысленно ухмыльнулся и сообщил, что очень скоро я умру, как собака… Подышал? Молодец, умничка.
Дубль два — коленом по затылку, рожей в разрыхленный грунт. Мне теперь торопиться некуда. Итак: три кода и формуляр. Думай, Абдулла, думай…
ГЛАВА 1"
"…Знакомо ли вам ощущение внезапно свалившегося на голову праздника? Нет, не банкета какого-нибудь или светского раута с презентацией, не народного гулянья на лоне природы, а самого настоящего праздника, когда радость переполняет душу и хочет вылиться наружу, а впереди маячит счастливая пора заслуженной бездеятельной неги, наполненной кучей разнообразных сюрпризов исключительно приятного свойства? Если нет, тогда я вам сочувствую.
Праздник надо выстрадать, чтобы ощутить его по-настоящему, всеми фибрами души, нырнуть в него с разбегу, как в холодную воду в жаркий полдень, а не заходить постепенно, с кичливой миной на холеном лице…
За последние полтора года я пробыл на чеченской войне в общей сложности 498 суток. Что поделаешь, работа такая.