В ней иногда не все так однозначно и просто! Что ты от меня хочешь? Чтобы я почку продал? Ограбил кого-нибудь?
— Да хоть ограбь, — безжалостно припечатываю я. На самом деле мне уже просто плевать. Я уже приняла решение о разводе, и прекрасно знаю, что этот тюфяк не способен даже пойти работать грузчиком ,не то что кого-то ограбить.
— И сесть на несколько лет, — усмехается муж, — замечательно. Будешь рада мужу-уголовнику? Или шпане, бандиту, связанному с криминалом?
— Да лучше б ты был бандитом, чем никчемным ленивым мужиком!
Я швыряю его сумку посреди комнаты, ухожу в коридор и, накинув на плечи куртку, и ухожу из квартиры, громко хлопнув дверью.
Если он не съедет сегодня же — я вернусь пьяная и смелая и соберу свои вещи, съехав сама.
— Стой, — муж хватает меня за плечо перед самым лифтом, и я делаю каменное лицо, даже не повернувшись, — Вася... черт. Послушай, давай не будем рубить с плеча. Я безумно люблю тебя, но не знаю уже, как уговорить тебя подождать еще чуть-чуть.
— А я тебя ненавижу. Вот и всё, — холодно припечатываю я, и, сбросив его руку, шагаю в открывшиеся двери лифта.
Перед тем, как они закрываются, я навсегда запоминаю лицо мужа. Потому что не увижу его еще долгие пять лет, хотя тогда еще не догадываюсь об этом.
Ярослав кажется мне растерянным и обреченным. Мне становится даже больно за то, что я когда-то его любила, а сейчас говорю такие жестокие слова. Но я правда устала. Ужасно устала за эти несколько месяцев, глядя на счастливых подруг, у которых все было хорошо в браке.
... и самое грустное — они к этому даже не прикладывали усилия.
В отличие от меня.
* * *День спустя
— Ах ты, козел!!! — кричу я, увидев пустоту на рабочей поверхности кухни, где раньше стояла кофеварка. После чего бросаю коробку с готовым салатом прямо на пол и бегу в комнату.
— Козлище!!! — повторяю я на ультразвуке, поняв, что телевизора тоже нет.
Мужа, впрочем, тоже нет. С ним исчезли все его вещи — словно и не было у меня никакого мужика.
Я бы поверила в то, что это была просто плохая галлюцинация, но я прекрасно помню, как кофеварку и телевизор я покупала еще до отношений с ним и перевозила собственноручно в эту квартиру.
В двери поворачиваются ключи. Я хватаю швабру, думая, что это заявился Ярослав и намереваясь сломать ему что-нибудь, как внезапно вижу на пороге растерянную сестру.
— О, ты дома, — произносит она, — твой муж позвонил мне и передал ключи.
