И в финансовом выражении приличное уменьшение трат, и здоровье у меня поправилось, лишний вес уходить начал. Словом, я бы хотел продолжить эксперимент!
– Похвальное желание, – рассмеялась Элен. – Тогда садитесь и подробнейшим образом рассказывайте о своих успехах, проблемах и впечатлениях.
Клиент повеселел и проявил горячее желание сотрудничать в деле развития новой науки о физиологии Иных.
«Добровольность – лучшая основа любого эксперимента», – написала Элен сообщение главе клана вампиров.
«Если вначале не запугать принудительностью, то право на выбор ценится гораздо меньше, – ответил непоколебимый Марко.
– Ещё могу заметить, что страх потерять нечто ценное сильно уменьшает претензии к маленьким огрехам этой ценности. Я к тому, что жди приглашения на свадьбу Джули. Кстати, в лаборатории центра найдётся работа для моего внучатого зятя?»
«Для студента отделения биофизики работа в нашем центре найдётся всегда! Посоветуй ему сразу уточнить график работы, а то с лёгкой руки нашего директора она мигом станет круглосуточной.
Коврик для сна, конечно, выделят, но вряд ли Джули оценит такое брачное ложе».
«Давно говорю: бросай мастера и переезжай ко мне! У меня, знаешь, какие коврики есть?!»
И через секунду пиликнуло новое сообщение: «Поужинаем вместе? На коврике у камина?»
Элен не успела ответить: телефон в её руках засветился, завибрировал и сам собой набрал сообщение:
«Извини, но у меня пациенты. Место на коврике ещё отработать надо!»
– Что?!! – возмутилась Элен, смотря на выключившийся телефон.
Дверь за её спиной открылась, и она зло прошипела, не оборачиваясь: – Грубо, шеф! Грубо и недостойно!
Профессионал психологии отношений, а ведёт себя, как собака на сене, и это ещё слабо сказано! Сам говорил, что законы природы изменить невозможно, а теперь мешает ей устраивать личную жизнь. Он что, отслеживает её переписку?! Сатрап! Рабовладелец!"
"– Не понимаю, о чём ты, – холодно прозвучал голос Эрла. – К тебе пациенты.
Резко обернувшись, она действительно увидела рядом с инкубом женщину с ребёнком.
Женщина была молода и хороша той красотой, которую обычно именуют роковой, а тоненькая девочка рядом с ней безжизненно смотрела безучастным взглядом, сложив на груди хрупкие ручки, покрытые следами жутких ожогов. Такие же следы имелись на лице ребёнка и всех открытых участках тела. Элен раньше не доводилось видеть, чтобы у Иных оставались на теле такие отметины: при фантастической регенерации у них начисто заживало всё.
