Элен растянула губы в милой улыбке, кивнула и спросила:
– Как мне увидеть доктора Хэлла?
– Тебя пригласят на приём после завтрака. Вот стандартный комплект больничной одежды твоего размера – переоденься перед выходом из палаты. В гардеробе на первом этаже тебе выдадут куртку, если ты пожелаешь выйти в сад в ветреную погоду, – заученно стрекотала медсестра, всячески подчёркивая высказанный ранее постулат: психлечебница – не тюрьма. – Все личные вещи будут тебе отданы при выписке или по разрешению лечащего врача.
В ожидании приглашения Элен расположилась в рекомендованном медсестрой кафе, попивая бесплатный(!) капучино и отламывая кусочки столь же бесплатного мороженого в изящной вазочке. Удивительно, что власти штата оплачивают даже десерты! Оказывается, числиться пациентом психиатрического отделения куда выгоднее, чем пациентом хирургов. Яркий, светло-бордовый спортивный костюм, выданный медсестрой, был абсолютно новым, красовался лейблом известной фирмы и очень неплохо смотрелся на подтянутой фигурке Элен.
Как говорится: мелочь, а приятно.
– Совсем курить нельзя? – долетел до неё через открытое окно унылый мужской голос. Разговаривали на крыльце больницы, расположенном под кафе этажом ниже.
– Совсем, – отрезал знакомый, умопомрачительно сексуальный голос вчерашнего сногсшибательного психотерапевта.
– Никакого взаимодействия с огнём и легковоспламеняющимися объектами!
– А выпить можно?
– Ни в коем случае: алкоголь сильно снижает степень самоконтроля, и ты точно потянешься за сигаретой.
– Ну, хоть ругаться можно? – проворчал недовольный голос, и доктор Хэлл ответил с непробиваемым олимпийским спокойствием:
– Крайне нежелательно. Выругаешься, отведёшь душу, захочешь перекурить – а тебе нельзя!!!
Стукнула дверь больницы.
Тихо бубнящий под нос унылый голос стал удаляться в направлении главных больничных ворот. Элен отставила вазочку из-под мороженого, и тут её позвали на приём к лечащему врачу.
...
Катастрофическое воздействие на неё доктора Хэлла к утру так и не прошло: ослепительный доктор по-прежнему выводил её из состояния равновесия, каждый взгляд на него бросал в жар и возбуждал совершенно ненормальные фантазии.
