— Говорят, ты там что-то с «глазом» учудил.
— Никакого вреда, господин сержант.
— Был бы вред, ты уже пожалел бы об этом. Завтра после завтрака, со шлемом, обоими дронами и записями, что и как сотворил в штаб, к капитану Тамирбекову. Не боись, Малой. Если дельное что-то быть тебе с поощрением. Если так себе задумка, но вреда нет, ничего тебе не будет. Но если вредительство какое сотворил, готовься к серьёзному внушению.
— Господин сержант, он это сделал с моего разрешения, — вступился я.
— Ясно. Малой, свободен, — и когда Ляпишев убежал.
— Кадет-ефрейтор, заруби себе на носу, вы присягу ещё не принимали и твои приказы не могут оградить его от ответственности. А чтобы ты это хорошенько запомнил, и не брал на себя больше чем можешь унести, доложишь взводному сержанту-инструктору, что я объявил тебе три наряда на работы. Свободен.
— Есть!
Глава 6
Не друзья, но уже товарищи
Я открыл глаза и посмотрел на нависающую надо мной крышку разгонной капсулы. Прислушался к своим ощущениям. Вроде бы ничего не изменилось, каким засыпал здесь, таким и проснулся.
Интересно, я тут просто спал и видел сон, местами интересный, а местами не очень. Или всё же меня только что чему-то там научили. Вопрос риторический. Просто я ожидал хоть каких-то изменений.
— Как себя чувствуешь, боец? — поинтересовался оператор.
— Да вроде нормально.
— Головокружение, тошнота, галлюцинации?
— Ничего такого.
— Садись. Сколько пальцев?
— Два.
— Как тебя зовут?
— Рязанцев Клим Витальевич, позывной Колун.
— Отлично. Свободен, — уже направляясь к другой капсуле произнёс он.
— А к чему эти вопросы? — не удержавшись всё же спросил я.
— У всех восприятие индивидуальное. Мы сейчас используем минимальный режим, но кому-то и это слишком быстро. Если тебе поставили сетку третьего класса, то с этим должен быть порядок, но лишний раз проверить всё же не помешает, — уже отключив соседнюю капсулу, и поднимая крышку, ответил он.
Я хотел было ещё что-то спросить, но он лишь мотнул головой, мол вали уже. Да оно и понятно. Пусть от нашего учебного полка и остался только один батальон, три сотни подопечных это ох как немало, и у каждого вопросы, на которые устанешь отвечать.
Вышел на широкое крыльцо учебного корпуса, и поёжился от прилетевшей в лицо снежной крупы. Поправил шапку, глянул по сторонам, нет ли кого из офицеров или инструкторов, чтобы не нарваться на плюху. После чего сбежал по ступеням и поспешил в казарму, где доложился о прибытии, и направился прямиком в спальное расположение.
