И он принял единственно верное решение, которое позволила ему принять совесть и был готов отвечать за последствия. Он прекрасно понимал, что сегодня из объявленного предателя может стать предателем, вошедшим в историю, как человек – отдавший страну на ядерное разорение красным. Он смотрел на своих генералов, а они смотрели на него. И в их лицах он видел понимание. Не одобрение, не восторг, не любовь. Понимание. Перед началом операции, встречи с Марсом попросил командующий военно-морскими силами. Оставшись один на один с президентом, он спросил:
- Сэр, разрешите говорить откровенно, сэр?
Марс стойко встретил его прожигающий взгляд и ни секунды не колеблясь ответил:
- В этом помещении каждый может говорить предельно откровенно.
- Сэр, от лица всего командования я пришёл высказать Вам слова поддержки. То решение, которое Вы приняли – никто из нас никогда не смог бы принять. В итоге может случиться так, что мы возненавидим Вас за последствия этого решения. Но я не могу не выразить Вам уважения за то, что Вы пытаетесь поступать правильно там, где другой на Вашем месте поступил бы иначе.
Мы с Вами до конца, Сэр, чем бы всё это ни кончилось. И если Вам придётся отвечать за последствия – я встану рядом. Спасибо за то, что подаёте всем нам пример истинного мужества. Сэр, разрешите идти?
Марс моргнул пару раз и скользнул глазами по стенам, остановившись на американском флаге и фото своей семьи в рамочке на столе. Затем черты его лица огрубели и он снова поймал взгляд адмирала:
- Спасибо, Лемюэль, это важно для меня.
Знать, что я не один, что я поступаю правильно. Вы свободны."
"Напряженные лица в гнетущем молчании слушали сводки с полей, отчёты о потерях и рапорта о достигнутых целях. Два крупнейших морских сражения современности происходили сейчас у двух американских берегов. И в этих сражениях американцы убивали американцев для того, чтобы предотвратить гибель американцев. Звучало, как ужасный абсурд, по сути им и являясь.
Эсминцы, торпедоносцы, крейсера, прикрывающие авианосцы, обрушивали друг ну друга шквал ракет и снарядов. Один флот прорывался сквозь другой для того, чтобы выйти на дистанцию пуска крылатых ракет. В небе шла своя битва – истребители атаковали бомбардировщики, штурмовики пикировали на корабли сквозь заградительный огонь систем ПВО. Силы обеих сторон быстро таяли – современная война была скоротечна и жестока, унося сотни жизней каждую минуту.
