Капитан поразил троих спецназовцев в спину за считанные мгновения, но оставшиеся четверо уже начали действовать - одновременно разворачиваясь к стрелявшему и отскакивая в сторону с линии огня. Командир группы истратил последнее дыхание на проклятья в адрес предателя, но по крайней мере получил свои три пули глядя в лицо врагу. Умирая он всмотрелся в пустое лицо палача, не выражающее никаких эмоций, лишь тронутое легким оттенком грусти и усталости. Трое пытались максимально разойтись в стороны, пятясь они вскинули оружие для ответного огня - все укрытия были со стороны нападавшего, их от лесополосы отделяло метров пятнадцать.
Умирающий командир группы еще только коснулся коленями мягкой лесной почвы, когда укрывшийся за корневищем упавшего дерева Сергеенко метнул гранату. Пятившиеся бойцы успели перевернуться на живот после падения, когда их настигло облако осколков, за которым, не дав передышки, последовал шквал свинца. 10 секунд, 7 неподвижных тел в грязи.
Закинув автомат на плечо, Валентин подошел к трясущемуся в бреду Орлику.
Посадил его, дал попить, заставил проглотить какую-то таблетку. Взгляд Андрея через пару минут прояснился, он застонал, а затем зашелся страшным кашлем.
- Ммммне пришлось идти по реке… Чтобы сбить со следу собак, - он повернул голову к спасителю, но у того на лице застыла все та же скорбно-уставшая маска, не выражавшая ни тепла, ни сочувствия.
- Я тебе помогу идти, но и ты должен помочь мне, что с ногой? - Валентин пытался оценить шансы Орлика на выживание, прогноз был неутешительный, но пока стимулятор действует - он будет жить.
- Ннне знаю, может сломал, может подвернул, я не чувствую…
Подхватив истощенное тело, Сергеенко медленно двинулся с Орликом к вертолету. Андрей ковылял опираясь на плечо капитана подволакивая ногу и случайно задел ею тело одного из бойцов, тот вдруг зашевелился, захрипел и застонал. Валентин остановился, достал пистолет и выстрелил ему в голову, поставил пистолет на предохранитель и убрал его в кобуру.
Секунду помедлив он продолжил свой путь. Тонкая полоса плотно сжатых губ едва заметно подрагивала.
Очевидно пилоты слышали стрельбу - фонари были задраены, винт вращался в ожидании взлета. Из тумана по фронту кабины показались две ковыляющие в обнимку фигуры. Распознав одну из них, штурман-оператор убрал руку с ручки управления огнем двуствольной пушки. Сергеенко зафиксировал обмякшее тело спасенного в противоперегрузочном кресле и дал команду на взлет.
