Так, что там дальше… проживает по адресу улица Карпинского, дом… квартира… с матерью и дочкой восьми лет, в разводе с 1997 года. Валентина еще расстаралась и узнала, что квартира на улице Карпинского принадлежала Татьяниным родителям, что она жила там до замужества, а потом выписалась и прописалась обратно в 1997 году, то есть после развода.
Вот, значит, как. Расплевались окончательно, значит. Ничего у мужа бывшего не взяла, а ушла с ребенком к матери в двухкомнатную малогабаритку. Может, она поэтому всех мужчин ненавидит?
Но голова сегодня определенно плохо соображает, поэтому Сергей с облегчением отметил, что рабочий день подходит к концу.
Жизнь казалась гадостной и унылой, к тому же заморозки кончились, на улице потеплело и моросил мелкий, нудный, нескончаемый петербургский дождь, который и сам по себе мог довести человека до самоубийства, а уж при сегодняшнем состоянии Сергея он явно лишний.
Как было бы здорово, если бы дома его кто-то ждал, думал Сергей. Чтобы ждали, а в квартире тепло и светло, и встречали у двери с улыбкой, и пахло пирогами.
Размечтался, одернул он себя. Пирогов, видите ли, захотел! Какие еще пироги, если даже неизвестно, умеет ли Королева Татьяна Валентиновна просто улыбаться.
От такой неожиданной мысли он даже остановился на перекрестке и стоял так, пока его не окатил из лужи бесшумно летящий «Мерседес». От холодной воды на брюках и ботинках Сергей очнулся и продолжил путь под дождем.
И разумеется, только он вышел из лифта, сразу же открылась соседская дверь.
– Уж сегодня ты точно зайдешь, по глазам вижу, что не откажешься, – Надежда стояла на пороге, веселая и довольная.
– Тетя Надя, скажи прямо, куда ты дела мужа? – агрессивно начал Сергей. – Несколько месяцев уже его не вижу. Что случилось?
– Что ты, что ты! – испугалась Надежда. – Беду накликать можешь! Ничего не случилось, просто он на работе, лекции вечерние у него сегодня.
– Ага, значит, по следующему кругу пошел. Лекции, потом сторожить, потом – в Эрмитаже… что там еще-то?
– Много всего, – отмахнулась Надежда.
– А ты что такой кислый, на кого злишься?
– На Петра Первого, – ляпнул Сергей, – зачем он город на болоте построил, здесь всегда погода плохая.
– Да уж, говорили небось ему это умные люди, так вам, мужикам, разве что докажешь… Одно слово – самодур! А ты проходи, посидим, чаю попьем, все и пройдет. Это у тебя осенняя депрессия, от темноты.
Сергей шагнул на кухню. Там чисто, светло и тепло. Пахло пирогами.
