Надежда отметила про себя, что тон его стал помягче, и решила действовать старым проверенным способом – с помощью лести, ибо не родился еще на свет такой мужчина, хоть маньяк, хоть нормальный, которого нельзя было бы нейтрализовать с помощью самой грубой, примитивной лести.
– Вы абсолютно правы, в милиции есть свидетель, который видел вас во время одного из убийств. Не спрашивайте у меня его фамилию, я понятия не имею. Дворничиха Евдокия жила в моем доме, – добавила Надежда, – Сталина Викентьевна, которую вы… успокоили в садоводстве Мамино, работала со мной в одном отделе.
Стало быть, я случайно оказалась в центре событий. Дальше стали распространяться слухи. Вы не представляете, сколько про вас говорят! – воскликнула Надежда с фальшивым восхищением. – Конечно, слухи не соответствуют действительности, но, знаете, в милиции ведь тоже люди. Так и просочилась информация о вас.
– Но кто навел вас на больницу?
– Никто, – с гордостью ответила Надежда, – про больницу я сама догадалась.
– Насколько я понял, вы очень много знаете про эти дела.
– Так уж вышло! – развела Надежда руками. – И я хочу вас спросить: почему розы? И почему именно в день рождения?
– И все? – рассмеялся Арсений Петрович. – Вас не интересует, почему вообще я это делал?
– Почему вообще убивали… – подхватила Надежда, но осеклась, увидев, как он помрачнел.
– Я просил бы вас не употреблять это вульгарное слово, – угрюмо пробормотал он.
– Простите, – извинилась Надежда, – но все же розы… как-то это необычно. – Надежда решила тщательно выбирать слова, раз он такой обидчивый.
Главное – втянуть его в дискуссию, заставить рассказывать о себе. Какой мужчина не любит говорить о себе? И этот, хоть и маньяк, не исключение. А там, возможно, он устанет и ослабит бдительность, либо же кто-нибудь придет ей на помощь.
– Отчего же необычно? Ведь я дарил розы дамам на день рождения… Какая женщина не любит цветов?
– Так-то оно так… – с сомнением проговорила Надежда.
– Не сомневайтесь, Надежда Николаевна, я лучше вас знаю человеческую природу, ведь я – врач.
И еще хирург, стало быть, могу наблюдать людей не только снаружи, но и изнутри, так сказать.
– Да уж, но все же ваша терапия несколько необычна. От чего же вы вылечили тех четырех женщин?
– Хм, это долгая история… но раз вы просите, я расскажу. Вы не стесняйтесь, располагайтесь поудобнее, пальто снимите.
Надежда сняла пальто и повесила его на спинку стула, решив, что в случае чего бежать без тяжелого зимнего пальто сподручнее.
