Поэтому Сергей принял правильное решение: сегодня он забирает свои вещи, съезжает за город и продолжает чисто деловые отношения со своим секретарем. Но надо будет уволить ее после Нового года и взять женщину старше и желательно без фигуры.
Рабочий день подошел к концу, отчеты с горем пополам сошлись, можно было делать сводный отчет. Волков убрал бумаги, выключил компьютер, надел пуховик, погасил свет, а когда вышел в приемную, то не застал Анастасию. Это немного напрягло. Набрал ее номер, девушка ответила лишь на седьмой гудок.
– Далеко ушла? Почему не дождалась?
– Я девушка самостоятельная, дорогу знаю.
Теперь еще бегать за ней придется.
– Где ты?
Настя лишь сопела в трубку и не отвечала.
– Где, я спрашиваю?
– За углом, у входа в парк.
– Стой там и жди, а то снова вляпаешься в историю.
Быстро спустился, внедорожник урчал прогретым мотором, а красная шапочка девушки мелькнула за поворотом.
Настя села нехотя, пристегнулась, поджала губы, отвернулась, начала рассматривать за окном городскую новогоднюю иллюминацию.
На душе было скверно, а все потому, что она опустилась до уровня случайной любовницы – и виновата в этом сама.
– Завтра в обед пригонят твою машину.
– Да? Здорово, хоть одна хорошая новость.
Сергей не знал, что сказать. Заниматься сексом было легче, чем общаться.
– Что с настроением?
– Все нормально.
– Точно все нормально?
– Да, я же сказала, все нормально. Вы… ты сегодня уезжаешь? Желательно, конечно, чтобы сегодня.
– Почему? – Сергей знал ответ на вопрос, но это был его ответ, а что думает Настя, было интересно.
– Потому что это неправильно, когда начальник живет у своего секретаря. И вообще, все, что происходит, тоже неправильно.
Настя все выпалила на одном дыхании, посмотрела в голубые глаза Волкова. Сейчас они казались черными, а мужчина был недоволен услышанным. На скулах заиграли желваки, а в тишине салона стал отчетливо слышен хруст кожаной оплетки руля от того, как сильно он его сжимал.
Глава 26
Разговор не складывался.
Волков злился, но понимал, что девушка права, на сто процентов права. Он должен уехать и поддерживать только деловые отношения, но все равно после такого дерзкого заявления появилось какое-то непонятное чувство.
Оно возникло где-то в груди, отчего накатила злость, даже некая ревность. Сергей сжал оплетку руля, проскрипел зубами. Все его нутро сопротивлялось тому, что она сказала. Хотелось ответить, что нет, такого не будет, и она уже его, что бы ни говорила.
