Так не должно быть, Волков шел к цели, к своей стабильности и благосостоянию, и ничего не должно было его отвлекать.
– Анастасия, зайдите ко мне! – голос из селектора заставил вздрогнуть. – Срочно.
Девушка забежала через несколько секунд, взволнованная, держа палец во рту.
Она что, издевается?
– Где мой кофе?
– Варится.
Убрала палец, сжала кулачок.
«Надо было трахнуть ее вчера. А может, это сделать прямо сейчас – и наплевать на принципы?»
Мысли у Волкова в голове были разные, но не о работе, а на тему своей секретарши, ее испуганного вида, ярких губ и вчерашнего оргазма на его пальцах, еще торчащих сосков через кофточку.
Член напрягся, головка болезненно уперлась в ширинку, стало жарко.
– Что вы хотели, Сергей Сергеевич?
– Раздевайся.
– Чт… что?
Настя решила, что ей послышалось, вновь прикусила губу, все внутри вспыхнуло огнем и растеклось жаром по телу.
Нет, Волков окончательно сошел с ума, в голове шум, это его яйца звенят, как бубенчики в известной песне, от воздержания.
– Что вы там разбили в приемной?
– Кружку.
Я нечаянно и больше так не буду.
Ветрова не узнавала саму себя, всегда бойкая и резвая, сейчас стояла и что-то бубнила под нос, оправдываясь за свою неуклюжесть. Подумаешь, чашка, не убьют же ее за это. Но взгляд нового босса говорил об обратном. Он не то что убить, он растерзать ее был готов. Встал, медленно подошел, стало реально страшно.
Настя прикрыла глаза, сглотнула слюну. Глубоко вдохнула, а потом поняла, что зря это сделала. Аромат парфюма босса проник в легкие, голова немного закружилась.
Волков поднял руку, коснулся подушечкой большого пальца губ Анастасии.
– Что это? – облизнул губы, по спине пошли мурашки, будь у него шерсть, она бы встала дыбом. – Кровь?
Он хотел спросить, что случилось, но вновь мозг отказывался анализировать и думать, сработали инстинкты. Животные, необузданные, какие-то первобытные.
Захват шеи, рывок, Волков сжал пальцами волосы, Настя лишь шире открыла глаза, растворяясь в холодном омуте голубых глаз начальника.
Он что, вновь будет ее трогать? Как вчера?
– Красной Шапочке понравилось, что было вчера? Она хочет еще, по глазам вижу, что хочет.
У его секретарши прохладные губы, а еще с привкусом крови и чего-то сладкого – да, это шоколад. Поцелуй был долгим, болезненным, Настя боялась пошевелиться, Волков пожирал ее рот, проникая в него языком.
– Черт…
Снова рывок, Настя едва стоит на ногах, поцелуй прерван, ее больше не держат, на столе громко звонит телефон.
