Доктор подмигнул, Сергей понял, что дочка генерального в надежных руках, и вышел из смотровой.
Медведев всего пара часов как заступил на смену, но уже в клинике была суматоха. Тридцать первого декабря, как назло, у всех все обострялось и ломалось. Но рыжая девица в норковом манто стала отрадой для его глаз.
– Ну, рассказывай, Лисичка, что случилось?
– Больно.
– Где?
– Здесь, – Элина задрала кофту, показывая на пах справа, поморщилась от боли, когда этот наглый здоровяк стал ее лапать, надавливая крупными пальцами на больное место и хмуря брови.
– Эй, аккуратней можно?
– Давно болит?
– Нет, точнее, давно, но так резко совсем недавно. Что это? Я умру, да?
– Ты пила сегодня?
– Нет, – Элина выпучила глаза.
– Врать нехорошо.
– Немного, всего лишь шампанское.
Доктор снова нахмурил густые брови.
– Я умру, да?
– Не в мою смену, Лисичка.
Медведев подмигнул, ему нравилась эта девица, к рыжим Тимофей был неравнодушен всегда, а эта была горячей штучкой. Вон как сверкает глазами, а еще корчит недотрогу, несмотря на то, что без белья.
– Я Элина. И не надо склонять меня звериными именами.
Дерзкая штучка с острым аппендицитом, это было интересно, почти подарок на Новый год.
Глава 40
– Сестренка, чего сидишь, повесив нос? Смотри, какая хорошая погода.
Лиза обняла Настю, которая сидела на широком подоконнике второго этажа дома родителей и смотрела в окно. Погода действительно была хорошая, шел пятый день нового года. Небо было хмурое, но падал пушистый снег, оседая на лапах елей.
Папа во дворе орудовал большой лопатой, расчищая дорожки, мама на кухне готовила яблочный пирог. А их старшая дочь Анастасия грустила, скучала и тосковала.
Совсем не так она себе представляла встречу этого Нового года, хотелось бы в этот момент быть с любимым мужчиной, но получилось только в кругу семьи и друзей. Тоже весело и хорошо, но не то. Не каждый может похвастаться дружной семьей и веселыми соседями. Но на душе была тяжесть, словно ее придавила могильная плита и не дает вздохнуть, не дает нормально жить.
Настя старалась не плакать, не портить всем праздник своим кислым видом, но, когда оставалась одна, чувства переполняли. Слезы сами собой текли по щекам, девушка кусала губы, заставляла себя взять в руки, но не получалось.
Наверное, для этого должно пройти больше времени, чтобы забыть мужчину, которого Настя по-настоящему полюбила. Чтобы не думать о нем постоянно, чтобы не упрекать себя за то, что совершила.
