– А я если что хочу, то непременно получаю, а ты слишком долго от меня воротишь нос… Ой…
Элина икнула, попыталась оголить плечо, сесть посексуальней, но чуть не упала с кровати, завалилась на бок, пролив остатки шампанского.
– Ой, да не говори ерунды, мне некогда даже нос воротить, как ты говоришь.
Этот странный диалог утомлял. Сергей часто смотрел на часы, на свой телефон, ждал от Анастасии сообщения, при этом сам отправил уже пять. Но девушка не отвечала, даже не прочла их. Волнение и напряжение нарастали.
– Давай, ложись и поспи, мне надо срочно отъехать.
– Нет, я без тебя не лягу, я ехала к своему жеребцу, я… Ой, вот же черт, закончилось. Налей еще, закончилось.
Пришлось налить, открыв новую бутылку, оставить ее на прикроватной тумбочке.
– Сейчас жеребцу нужно ускакать в поле, нагулять аппетит, но я вернусь, и ты мне все расскажешь. Про папу, про то, чего хочет его дочурка, как он при этом наказывает неугодных, точнее, поступает непрофессионально и потакает капризам дочери.
Сказанное было сказано уже в никуда, Элина выпила шампанское и, упав на спину, выронила бокал из пальцев.
Спит. Ну и прекрасно. Волков бережно накрыл девушку одеялом, выключил свет, вышел из номера, повесил табличку «Не беспокоить» и направился на поиски Красной Шапочки.
Но дома ее не было, свет в окне не горел, а до боли знакомый сосед Матвей, кстати, трезвый, хорошо пахнущий и с девушкой под руку, сказал, что Настя уехала. При ней была сумка, переноска с котом, а это значит, она точно уехала к родителям за город, но адреса Матвей не знал.
Значит, Красная Шапочка все слышала и сделала свои выводы, ее понять можно. Неизвестно, что еще ей наговорила Элина, как заявила о себе во время визита.
Сергей решил, что во всем разберется утром, что нужно отдохнуть, тем более, если Настя у родителей, волноваться не стоит. Он найдет ее потом, поговорит, было важно именно поговорить и очень многое сказать. Как он привык к ней, как она его возбуждает и заставляет терять голову.
Никогда не говорил таких слов.
Ей скажет.
Надо было искать ее сейчас, не теряя ни минуты, бежать, хватать, говорить.
Но… он пожалеет потом, что этого не сделал.
Глава 39
Элина проснулась от головной боли. Во рту, по ощущениям, нагадили мухи, было холодно. Села, огляделась, она была в гостиничном номере, в той дыре, куда вчера приехала ради Волкова, будь он неладен.
Халат на голом теле, рядом лежал пустой бокал из-под шампанского, на прикроватной тумбочке бутылка – и вроде даже не пустая.
