Он ничего мне не делал, но хотел держать подле себя и заставлять произносить его чертово имя, снова и снова. Больной ублюдок. Он говорил что мы похожи. Что мы оба грязнокровки, порожденные неудачниками и что нам нужно держаться вместе. Пытался убедить меня в том, что моя душа также черна как и его. Он едва меня не сломал.
— Я расскажу, — утвердительно кивнула Кейт, только я не понимала этого порыва откровенности. Зачем ей это? И чего она ждала пять лет? — В то время, когда мы познакомились с Райаном, они с Айреном были в более, чем хороших отношениях.
Мне так казалось, по крайней мере. Айрен произвел на меня очень хорошее впечатление. Был очень добрым, и как бы могло показаться желал нам счастья. Он сделал всё, чтобы я ему доверяла. И в один день… — девушка остановилась, снова дав волю эмоциям, поднесла руку к губам и смотрела перед собой с ужасом. Выглядела так, будто пережила это совсем недавно.
— Успокойся, — попросила я её, отводя за плечи в сторону, чтобы посадить её на один из стульев в актовом зале.
Она еле стояла на ногах. Это были неподдельные эмоции. Ей было плохо. — Говори дальше, если ты конечно можешь, — мягко попросила я её, стараясь не сбить её настрой.
— В один день…Айрен пригласил меня вечером посидеть в кафе в нашем районе. Райан в этот день был занят. У него были проблемы в вузе до самого поздна, — продолжила Кейт надрывистым голосом. — Не знаю почему, но я согласилась. Подумала, что тут такого. Он обещал мне много рассказать о своем брате, за дружеской беседой, — Кейт была не в себе, я не была уверена что она сможет закончить свой рассказ, но всё же, она продолжала.
— Все было хорошо только поначалу, но потом у меня поплыло перед глазами, когда он уже провожал меня до моего дома. Я поняла что он меня чем-то отравил. Но было поздно. Я потеряла сознание. Последнее что я помню, так это руки, не дающие мне упасть.
— О, боже… — я была в шоке, я словно переживала это с ней.
Так похоже на Айрена, ведь я помнила и узнала, что в ту злополучную ночь нашей встречи, именно он подсыпал какую-то гадость в коктейль моей сестры. Чтобы выглядеть героем и якобы спасти нас обоих. Тварь.
— Проснулась я абсолютно голой, едва прикрытой, в незнакомом месте. Я была уверена, что он меня изнасиловал. И я сразу обратилась в полицию. Но как оказалось, он меня не насиловал. Я не могла ничего доказать, — говорила она уже сиплым голосом, признавая свое бессилие.
