Буйный. Ну точно.
Только откуда он сбежал?
Хотя…
То, что сбежал как раз и понятно.
Такой не то, что санитаров. Он всю больницу на кусочки разметет!
Непонятно только, как его скрутили!
Такому нереальному гиганту и десяти лошадиных доз снотворного мало будет, чтобы его свалить!
И где он украл такую дорогую вещь?
– Так как? Согласна, ммммм?
Мрачное лицо снова нависает над моим.
Глаза полыхают. Зрачки расширены.
– На что согласна?
Уточняю. Сама не узнаю своего странного писка. Как будто и не мой голос! Вообще!
– Как на что? Моей быть! В алмазной пыли купаться будешь и пилинг или что вы там себе делаете им натирать! А?
– В каком смысле?
– В самом прямом, девочка.
Губы кривятся в похотливой усмешке.
А все же… Чувственные у него губы, надо признать!
– Горя знать не будешь. Все по щелчку решаться станет. Чего думаешь? Тут думать нечего! А. Ты меня просто еще не рассмотрела!
Отходит на шаг назад.
А я понимаю, что нет. Не воспользуюсь этим моментом.
Хотелось бы рвануться.
Сбежать.
Но это хищник. Самый настоящий. Огромный, как тысячелетние деревья!
Даже страшно становится, как бугрятся огромные мышцы под черной, рвущейся под ними рубашкой.
Смаргиваю.
Сумасшедший?
Нет.
Ухоженный. Лощеный, хоть и веет от него первобытным, диким бешенством. Одет явно в очень дорогую одежду. С легкостью узнаю самый известный бренд.
– Так что, куколка? Люб я тебе? Лови свой джек-пот!
Опять нависает. Обдает дыханием.
Кажется спасения нет!
– Покажи. Покажи мне, какая ты сладкая!
Пальцы обхватывают мой подбородок.
Поглаживают его со странной для таких ручищ нежностью.
Губы приближаются к моим, и….
Точно. Никто не поможет! Не спасет!
Давид, как в прежний раз, не вылетит из ниоткуда, как черт из табакерки или Ангел-хранитель!
Решаюсь.
Хоть страшно так, что искры из глаз летят.
Изо всех сил луплю его ногой прямо в промежность! В самый пах!
– Это что?
Его глаза округляются.
Даже не дернулся!
Пальцы на моем подбородке не дрогнули.
– Это ты прямо сейчас? Уже решила начать? Хм. .. С таких бурных ласк! А я думал… С нежности. В ресторан тебя сводить. На качелях , ну или на воздушном шаре, на худой конец, слетать! Но… Раз дама решила к делу, значит, к делу! Охренеть меня заводит твоя ласка!
– Отпустите! Немедленно!
Отчаянно сжимаю кулаки.
Не отвожу взгляда от полыхающий черных глаз-углей.
Не опускаю ресницы и не склоняю голову.
Хотя…
Теперь еще страшнее становится.
