– Дворецкий развернулся и с идеально выверенной скоростью – не торопясь, но и не вынуждая гостей волочить ноги, – двинулся к замковым ступеням.
– Мм… Извините! – не выдержав, на полпути окликнул его Станислав.
– Да, сэр? – Дворецкий тут же услужливо остановился и обернулся.
– Кажется, здесь произошла какая-то ошибка, мы всего лишь привезли заказанную вами технику! Может, просто покажете нам, куда ее выгружать?
– Никакой ошибки, сэр, – уверенно возразил дворецкий. – Ее светлость приказала препроводить вас в гостиную, дабы лично выразить вам благодарность за доставку…
– Ну что вы, не стоит, это же просто наша работа!
Когда Станислав начал говорить, дворецкий тут же вышколенно замолчал, а потом с неумолимостью искина продолжил с того же места:
– … и оплатить счет.
– А, тогда ладно, – смущенно пробормотал капитан. Мало ли по какой причине клиентка не может выйти к кораблю: болезнь, старость, агорафобия, доедает предыдущего гостя… Брр! – А вы чего за мной увязались?
Тед с Дэном замерли, как застуканные за подкрадыванием к канарейке коты.
Настоящий кот вяло пытался отбрыкаться от пилота, мнущийся на трапе Ланс смотрел на Сеню с отчаянием матери, от которой фашисты уносят единственного ребенка.
– Ее светлость пригласила весь экипаж, сэр, – все тем же вежливым, но непререкаемым тоном сообщил дворецкий.
Из-за спин парней с надеждой выглянула Полина – когда еще представится случай посетить настоящий замок? Вениамин тоже резво спускался по трапу, придерживаясь за поручни, а Михалыч, напротив, поспешил отпрянуть за рамку шлюза, прикидываясь неотделимой частью корабля.
– Это же ненадолго, верно? – обреченно поинтересовался капитан.
Ланс не выдержал, нагнал друзей и попытался беззвучно отжать кота, но Тед с Сеней от неожиданности вцепились друг в друга, и беззвучно не получилось.
Дворецкий окинул всю компанию бесстрастным взглядом и уверенно подтвердил:
– Разумеется, сэр!
* * *Г. В-са К-кая действительно оказалась дряхлой, но отнюдь не больной (по крайней мере, физически).
Высокая, иссохшая до желтизны, как слоновая кость, старуха и впрямь смахивала на горгулью – из-за крупного носа с горбинкой, пронзительно-черных глаз и откровенно крашеных черных волос, уложенных в плюшку на затылке. Хозяйка поджидала гостей в центре огромного зала а-ля картинная галерея, изящно облокотившись на низкую фигурную колонну неизвестного назначения (возможно, как раз для облокачивания).
