— Прошу прощения, прошу прощения, — бормотала я, выпрыгивая из кровати.
Но Асилла уже поднялась и шумно отряхивала свой фартук, поглядывая на мою «заградительную линию».
— Что за Котел бездонный! — воскликнула служанка.
Фэйских ругательств я не знала.
— Я не думала, что ко мне так рано зайдут. Я бы потом сняла.
Асилла смерила меня взглядом:
— Неужели жалкий кусок веревки помешает мне переломать твои кости?
У меня внутри все похолодело.
— Или ты считаешь, что могла бы справиться с кем-то из нас?
Если бы не презрительная усмешка, я бы и дальше продолжала бормотать извинения.
Но теперь мне расхотелось извиняться. Я встала, скрестив руки, и сказала:
— Я не ловушку ставила. Это что-то вроде сигнального колокольчика, чтобы успеть убежать.
Она была готова плюнуть мне в лицо. Потом острые карие глазки Асиллы сощурились.
— Глупая ты девка. Тебе от нас не убежать.
— Я поняла, — вздохнула я. Мое сердце перестало колотиться. — Но смерть хотя бы не застигла меня врасплох.
Асилла засмеялась. Смех у нее был грубым и напоминал собачий лай.
— Тебя наш хозяин привез сюда жить, а не помирать. Нам сказано тебя пальцем не трогать. Мы повинуемся.
Она подошла к окнам, взглянула на искромсанные занавески и покачала головой:
— И зачем было такую красоту гробить?
Только сейчас я заметила, как варварски обошлась с занавесками. Окаймление оторвано, что называется, «с мясом». Красивые занавески превратились в жалкие лоскуты. Честное слово, я не хотела «гробить красоту». Сейчас я была похожа на напроказившую девчонку, которой не столько стыдно, сколько смешно.
Естественно, я попыталась спрятать улыбку.
Асилла содрала остатки занавесок. В окна смотрело темно-синее небо с оранжевыми и малиновыми полосами рассвета.
— Ты прости меня, — сказала я служанке.
Асилла щелкнула языком:
— Вижу, ты готова драться за свою жизнь. Мне это по нраву. Только спуску от меня не жди.
В комнату вошла вторая служанка в птичьей маске. В руках она держала поднос с завтраком. Пожелав мне доброго утра, она опустила поднос на столик у окна и прошла в умывальную, где загремела тазами.
Я присела к столику, внимательно разглядывая завтрак: кашу и яичницу с беконом. Вполне человеческая еда. Правда, у кого есть деньги на яйца и бекон? Сама не знаю, почему я думала, что фэйри едят исключительно сырое мясо? Напиток, который Асилла налила мне в чашку, пах жасминовым чаем. Когда-то и мы пили такой.
— Как называется это место? — тихо спросила я. — Где оно находится?
— Место это безопасное.
