Гвин опустила руки, заметила, что глаза подруги больше не сверкают, и облегченно вздохнула.
– Видишь ли, моя бабушка была речной нимфой, соблазнившей фэйца со Двора осени. Я нимфа всего на четверть, но и этого достаточно. – Гвин указала на свои большие глаза (сейчас они были совсем голубыми) и гибкую фигуру. – Мои кости более податливы, чем у обычных фэйцев, но кому до этого есть дело?
Теперь понятно, почему Гвин так легко давались упражнения на равновесие и она быстро схватывала движения.
– Мою мать не принимали ни нимфы, ни фэйцы.
Она не могла жить в реках Двора весны, а ее свободолюбивая натура не выдержала бы заточения в лесном доме Двора осени. И потому ее в детстве отдали в храм Санграваха. Там она и росла. Достигнув определенного возраста, она прошла Великий ритуал. Я… точнее, мы с сестрой появились от ее священного соития с незнакомым мужчиной. Она так и не узнала, кто он, поскольку его выбирала магия. Впоследствии никто не появлялся и не спрашивал о девочках-двойняшках. Мы тоже росли в храме.
Я не покидала его пределов, пока… пока не попала сюда.
Глаза Гвин вновь наполнились болью. Ужасной болью, заставившей Несту воздержаться от вопросов о матери и сестре Гвин.
Гвин тряхнула головой, словно прогоняя тягостные воспоминания. Потом растопырила пальцы:
– У моей сестры были перепонки между пальцами, как у нимф. У меня нет.
Были.
– Теперь Мерилла превратит твою жизнь в сущий ад. – Гвин снова вздохнула."
"– Пусть попробует, – равнодушно ответила Неста. – Хуже уже не будет.
– Что ж, теперь у нас есть общий враг.
Мерилла этого никогда не забудет. И они тоже. – Гвин махнула в сторону перил верхнего яруса, где еще недавно стояли жрицы. – Не каждый день кто-то осмеливается ей перечить. По правде говоря, только Клото способна держать Мериллу в узде, но Клото предпочитает не вмешиваться. Потом крика не оберешься. Мерилла закатывала такие сцены, что книги летели в разные стороны.
– Если тебе понадобится сбить с Мериллы спесь, смело зови меня.
– В следующий раз мне, наверное, и самой хватит смелости это сделать, – робко улыбнулась Гвин.
Жрицы и в самом деле не забыли отпор, данный Нестой заносчивой Мерилле.
Неста, Гвин и Эмери занимались разминкой. Кассиан стоял с каменным лицом, зорко следя за каждым движением. И вдруг на лестнице послышались шаги.
В дверном проеме появились три фигуры в жреческих мантиях и капюшонах. Их руки были сжаты в кулаки так, что костяшки пальцев побелели.
Жрицы робко вышли на солнечный свет и воздух.
