За последние пять веков до вершины добралось двенадцать воинов.
– Насколько понимаю, ты сумел оказаться на вершине и прикоснуться к камню.
– Мы с Ризом и Азом сделали это вместе, хотя в начале Ритуала нас намеренно разделили.
– Почему?
– Тогдашние командиры побаивались нас. Они догадывались, какими воинами мы станем. Вот они и подумали: если нас разделить, мы станем жертвами соперников или диких зверей. Но они ошиблись.
Глаза Кассиана яростно сверкнули.
– Эти командиры узнали, что мы любим друг друга, как родные братья.
И мы не пощадим никого, кто помешает нам соединиться. Мы пробивались к Рамиелю, убивая каждого, кто вставал у нас на пути. Нам достался самый тяжелый из трех путей на вершину – его зовут Прорывом. Но мы туда поднялись, все трое одновременно прикоснулись к камню и вошли в каринфианский круг воинов.
Неста была потрясена, и ей не удалось этого скрыть.
– И ты сказал, только двенадцать воинов стали каринфианцами? Это за пятьсот-то лет?
– Нет. Двенадцать достигли подножия, попытались взойти и стали ористианцами.
А каринфианцами, помимо нас троих, стали только еще трое. – У него дрогнул кадык. – Они были прекрасными воинами, командовали отборными отрядами. Двоих мы потеряли в войне с Сонным королевством.
Скорее всего, во время удара, уничтожившего тысячу иллирианцев. Удара, от которого Неста сумела спасти одного Кассиана, и больше никого.
У нее свело живот. К горлу подступила тошнота. Она заставила себя глубоко вдохнуть, потом спросила:
– Значит, ты считаешь, что женщины не могут участвовать в Кровавом ритуале?
– Возможно, Мор и победила бы, опередив по времени очень многих, но я не хочу, чтобы даже она участвовала в Ритуале.
– Невысказанная причина ясно читалась в его глазах. – Тогда возникнет еще один, худший вид насилия, против которого придется защищаться, даже если женщины по выучке и не будут ни в чем уступать мужчинам.
– А разве нельзя составить отряд из женщин без прохождения Кровавого ритуала?
– Их никто не воспримет всерьез. Скажем, я был бы готов считать их полноценными воинами, но не другие иллирианцы.
Мужские отряды откажутся летать вместе с ними, посчитав присутствие женского отряда оскорблением и бесчестием.
Неста нахмурилась. Кассиан беспомощно развел руками:
– Я тебе уже сказал: перемены происходят медленно. Помнишь чушь, которую Девлон нес про твои месячные? Так вот, его слова свидетельствуют о переменах. В прошлом женщину, посмевшую прикоснуться к оружию, попросту убили бы.
