Не выдержав, Кассиан все же сунул нос в ее комнату, но не увидел ничего такого, что всколыхнуло бы разум до полной утраты способности думать. Ему хватило ее голого плеча. Кассиан хотел было разбудить Несту и заставить что-нибудь съесть, когда в дело вмешался Дом ветра.
Рядом с дверью ее комнаты появился поднос с грудой пустых тарелок.
Дом словно показывал ему, сколько она съела, и вроде бы гордился тем, что накормил ее.
– Хорошая работа, – пробормотал Кассиан, и поднос исчез."
"Он завязал мысленный узелок: спросить у Риза, обладает ли Дом ветра сознанием.
Кассиан не помнил, чтобы верховный правитель за пятьсот лет упомянул о чем-то подобном.
Если вспомнить, сколько разных непристойностей Кассиан проделывал у себя в комнате, в купальне… да и во многих других помещениях… сама мысль о Доме, наблюдающем за ним… Чтоб ему заживо свариться в Котле.
И потому Кассиан позволил Несте проспать завтрак, надеясь, что Дом позаботится о ее утреннем пропитании. Но покажется ли она на площадке? Их соглашение касалось вчерашнего дня.
Сегодня он пришел на площадку, не зная, увидит ли ее. Хотелось убедиться, что вчерашний день не стал счастливой случайностью.
Минуты тянулись еле-еле.
Может, с его стороны было глупо надеяться и думать, что одного урока достаточно?
На лестнице послышались приглушенные ругательства. Шаги были медленнее, чем обычно.
Кассиан затаил дыхание. Ругательства звучали все громче. Неста плелась еле-еле.
Наконец она вылезла на площадку, держась рукой за стену. Гримаса на лице показывала, до чего же ей худо.
Не выдержав, Кассиан засмеялся.
Неста хмуро посмотрела на него, а он, обрадовавшись до слабости в коленях, сказал:
– Я должен был догадаться.
– О чем? – спросила Неста, останавливаясь в пяти футах от него.
– Что ты опоздаешь. У тебя так саднят ноги, что ты еле сюда поднялась.
– Но поднялась же, – буркнула Неста, кивнув в сторону лестницы.
– Верно, – подмигнул ей Кассиан. – Будем считать это частью твоих упражнений по разогреву ножных мышц.
– Мне нужно сесть.
– И потом вообще уже не встать? – улыбнулся он.
– Никаких «сесть». Займемся растяжками.
Кассиан показал на место рядом с собой.
Неста что-то проворчала, но встала. А когда Кассиан стал рассказывать ей о движениях, внимательно слушала.
Спустя два часа Неста опять пропотела всем телом, но хотя бы боль прекратилась. «Тебе нужно вытолкнуть из мышц всю молочную кислоту. Это из-за нее тебе больно», – сказал Кассиан, когда первые полчаса она без конца охала, жалуясь на боль.
