Вдруг нас пригласят в дипломатическую поездку?
На некоторых предметах девушки сидели вместе с парнями, другие лекции были разделены на женские и мужские.
Профессор Нарана вела у нас домоводство. И очень скоро этот предмет стал моим любимым. Женщина была веселой, общительной, остроумной.
Она рассказывала на лекциях обо всем. Как правильно организовать и наладить быт в поместье, выстроить диалог со слугами и родственниками мужа. Сколько дополнительно нужно нанять горничных, официантов, поваров для организации приема на пятьсот или тысячу персон.
Сколько потребуется скатертей, приборов, посуды, комнат для отдыха и прочего.
Много лекций отводилось медицине, воспитанию детей и… интимной жизни.
Мы краснели, бледнели, но слушали во все уши про анатомию, строение тел, физиологию мужскую и женскую, процесс занятия любовью и рождения детей. Эрогенные зоны… Великая Мать! Я вообще в первый раз услышала это слово лишь на лекциях Нараны, и мне пришлось, чтобы не опозориться, вечером идти в библиотеку и искать его в словаре.
У нее в классе даже были макеты в полный рост, мужские и женские. Я впервые увидела орган, который… Богиня! Мама и фрейлины бы в обморок грохнулись, произнеси я вслух его название. Дома я не слышала ничего подобного ни от них, ни от сестер. Селеста старше меня на пятнадцать лет и, когда я родилась, была уже замужем. А Виолу после ее свадьбы я ни разу не видела…
В общем, было интересно и познавательно.
Однажды вечером я не стала одеваться после душа. Осторожно подошла к зеркалу и впервые принялась рассматривать себя обнаженную, оценивая, словно со стороны.
Грудь увеличилась и даже не умещается в ладони. Но руки у меня маленькие, поэтому это ничего не значит. Худоба еще сильно бросается в глаза, тазовые косточки выпирают, но подтянувшиеся мышцы четко очерчивают бедра, талию и ноги. Белые как снег волосы не по-прежнему раздражали, зато лицо приобрело кое-какие краски. Я еще раньше заметила, что в темно-синей форме школы мои глаза становятся выразительнее и ярче. Теперь они не похожи на куски льда, скорее на светлые топазы.
Ресницы и брови, оказывается, у меня рыжеватые, а губы светло розовые, а не алебастровые.
Я потрогала пальцем нижнюю. Провела ладошкой по груди, опустила ее на живот, обвела пупок. Ничего внутри не дернулось. Врут книги об эрогенных зонах. Или их у меня нет, или они работают только с противоположным полом. Жаль, но проверить я это смогу лишь с Эдвардом, более похожим на замороженную мумию, чем на нормального человека.
