Даже при твоих великолепно поставленных заслонах, которые ты научилась удерживать, я должен был бы тебя чувствовать. А я не чувствую. Иногда я дергал за нить, только чтобы убедиться, что ты по-прежнему жива.
Вокруг нас заклубилась тьма.
— Но однажды, когда у меня была очень серьезная и важная встреча, нити вдруг донесли твой страх. Даже ужас. Я мельком увидел тебя и его, и… снова тишина. Я бы хотел знать, что́ тебя так ужаснуло.
Я наполняла тарелку, не задумываясь, какую пищу беру и в каком количестве.
— Мы поспорили.
Остальное тебя не касается.
— Не потому ли ты выглядишь так, словно горе, вина и гнев гложут тебя изнутри? Сжирают по кусочкам?
Мне не хотелось об этом говорить.
— Покинь мою голову.
— А ты меня заставь. Выгони. Утром ты опустила заслон. Туда мог бы зайти кто угодно.
Я выдержала его взгляд. Еще один вызов. Но мне… мне было наплевать. Меня сейчас не заботило, что за сила пылает внутри. Я ведь с такой же легкостью проникла в мозг Ласэна, с какой Риз пробрался в мой. И дело, быть может, не только в заслонах.
— Где Мор? — спросила я, меняя тему.
Ризанд напрягся. Я внутренне собралась, опасаясь, как бы он опять не проделал со мной какой-нибудь трюк, которых у него в запасе великое множество.
— Она далеко отсюда. У нее тоже есть дела.
Вокруг него снова заклубились тени. Я принялась за еду.
— Ваша свадьба повисла в воздухе?
— Да, — пробормотала я с полным ртом.
— Я ожидал более подробного ответа. Что-нибудь вроде: «Не задавай дурацких вопросов, раз и так знаешь ответ». Или мое самое любимое: «Убирайся в преисподнюю».
Я потянулась к блюду с тарталетками. Руки Ризанд держал на столе. Над его пальцами клубился черный дымок, придавая им сходство с когтями.
— Кстати, ты подумала над моим предложением?
Я молчала, пока не съела все, что было у меня на тарелке, и не начала нагружать ее заново.
— Я не собираюсь с тобой работать.
Ризанда окутала странная тишина, почти осязаемая, темного цвета.
— А почему, Фейра? Почему ты отказываешься со мной работать?
Я ковыряла вилкой кусочки фруктов, разглядывая каждый.
"
"— Не хочу становиться частью войны, которая, если верить твоим словам, надвигается на Притианию. Ты говоришь, что я должна стать оружием, а не пешкой. Они, похоже, говорят то же самое. Разница лишь в том, чьи руки возьмут это оружие.
— У меня нет намерений помыкать тобою, — резко бросил мне он. — Мне нужна твоя помощь.
Всплеск его гнева заставил меня наконец поднять голову.
— Я даже знаю, зачем тебе нужна моя помощь.
