Мне вспомнились обрывки его фразы, услышанные в Подгорье: «У меня были свои причины появиться на празднике. И не думай, Фейра, что мне за это не пришлось платить».
— Я тогда и не знал, где ты живешь, — продолжал Риз, упершись глазами в стол. — Я и представить не мог, что найду тебя при Дворе весны, рядом с Тамлином. Амаранта отправила меня к нему на следующий день после праздника летнего солнцестояния. Ей понравились мои, так сказать, успешные действия в ночь Каланмая. Я был готов к словесной перепалке с Тамлином. Возможно, даже к потасовке.
Но когда я очутился в его столовой, уловил знакомый запах… Он тебя спрятал, но не успел убрать тарелку. Да и магический покров, которым он тебя окружил, был слабеньким. Встреча с тобой там стала настоящим ударом. Ты — в доме второго моего злейшего врага. Сидишь с ним за одним столом. На тебе его запах. Ты смотрела на него так… как будто любила его.
У Риза побелели костяшки пальцев."
"— И тогда я решил: надо напугать Тамлина. Тебя и Ласэна — тоже, но прежде всего Тамлина.
Я видел, как он смотрит на тебя. В тот день я… — У него напряглись и побелели губы. — Я проник в твой разум и задержался там, чтобы ты это почувствовала и испугалась. Я заставил Тамлина умолять о пощаде, показав, что он не в состоянии тебя защитить. Я издевался над ним так, как Амаранта издевалась надо мной. Я молил Котел, чтобы спектакль подействовал на него в достаточной мере и он отправил бы тебя назад в человеческий мир, подальше от Амаранты. А она непременно стала бы тебя искать. Если бы ты разрушила ее проклятие, она бы тебя нашла и убила.
Меня подвел мой глупый, отвратительный эгоизм. Я не мог уйти, не узнав твоего имени. Ты и так смотрела на меня как на чудовище, и потому лишний вопрос ничего не менял. Но ты соврала, и я это сразу понял. Я понял твои намерения: ты спасала себя и своих близких. Я снова ушел, не заронив в тебе ни одного намека, что я, возможно, не такое чудовище, каким кажусь. Должен признаться, едва я покинул поместье Тамлина, меня вывернуло, как выворачивало тебя после кошмарных снов.
У меня задрожали губы, и мне пришлось их плотно сжать.
— Потом я наведался к нему снова — убедиться, что тебя увезли. Был я там и в день, когда приспешники Амаранты громили поместье Тамлина. Мне требовалось закончить этот спектакль. Я назвал Амаранте имя той девчонки, посчитав его вымышленным… Я никак не думал, что она пошлет своих псов за Клерой. — Он снова тряхнул головой. — Когда Клеру приволокли в Подгорье, я проник в ее разум.
