Ресницы, измененные стараниями Мор, щекотали щеку. Риз цокнул языком. Его пальцы еще сильнее сжали мне подбородок. Каждый заметил и это, и хищный наклон его головы, когда он сказал:
— Идем со мной.
Риз потянул меня за подбородок. Я встала. Он проехался по мне глазами. Они были тусклее обычного, несколько остекленевшие. Возможно, и это входило в его спектакль. А может, и нет.
Он повел меня наверх, к трону. Там он сел, с легкой улыбкой глядя на свой чудовищный подземный двор. Здесь ему принадлежал каждый кусочек трона.
И все придворные.
Еще через мгновение я оказалась у него на коленях.
Шлюха верховного правителя. Такой меня считали в Подгорье. Такой меня видел и остальной мир. Опасная новая живая игрушка Риза, к которой теперь внимательно присматривался отец Мор.
Одна рука Риза обвила мою голую талию, вторая скользнула по таким же голым бедрам. Его руки были невероятно холодными. Я едва удержалась, чтобы не вскрикнуть.
Должно быть, Риз это почувствовал, — через пару секунд его руки потеплели, а палец осторожно коснулся моего бедра.
Прикосновение было почти ласкающим, словно он хотел сказать: «Прости».
Риз наклонился к моему уху, прекрасно сознавая, что его подданные так и стоят, преклонив колено. Наверное, однажды они уже поплатились за самовольный подъем и с тех пор крепко усвоили урок. Рука Риза лениво поглаживала меня по оголенному телу. Где-нибудь при другом дворе это сочли бы неприличным, но здесь правила приличия устанавливал он сам.
— Постарайся не особо задумываться об этом, — прошептал он.
Я знала: шепот был намеренно громким, и его слова услышали все. Он тоже это знал.
Я смотрела на склоненные головы придворных. Сердце колотилось, но я старалась играть свою роль и потому спросила с мрачной томностью:
— О чем мне не задумываться?
Дыхание Риза ласкало мне ухо, как во время полета.
— Сейчас каждый мужчина в этом зале напряженно раздумывает о том, какие богатства он бы отдал, чтобы твои сочные красные губки прикоснулись к его губам.
Я ждала, что у меня вспыхнут щеки или стыд помешает играть роль дальше.
Но я была сильной. И я действительно была красивой.
Я не погибла в Подгорье. Я выжила и победила, равно как и Мор выжила в этом ужасном, ядовитом месте…
И потому я слегка улыбнулась. Это была первая улыбка моей маски. Пусть все видят мои сочные красные губы и ровные белые зубы."
"Рука Риза скользнула по моим бедрам. Властное прикосновение мужчины, знавшего: он владеет телом и душой той, кто сидит у него на коленях.
