— Сонное королевство готовится к войне?
— Их приготовления уже закончились, — лениво протянул Риз и наконец-то сделал глоток вина.
Амрена не притронулась к еде, хотя, верная себе, размазала еду по тарелке. Интересно, чем или кем она будет питаться за время пребывания здесь? Похоже, она бы не отказалась съесть Вариана.
— Война неминуема, — добавил Риз.
— Да, ты упоминал об этом в письме, — сказал Таркин, усаживаясь между Ризом и Амреной.
Смелое решение — сесть между столь могущественными гостями, не питавшими к нему дружеских чувств.
Что это: самонадеянность или попытка завязать дружбу? Взгляд Таркина снова скользнул по мне и лишь потом сосредоточился на Ризе.
— И Притиании придется воевать против Сонного королевства, — заключил Таркин. — Мы более не хотим становиться рабами. В Подгорье мы потеряли немало подданных, составлявших цвет нашего двора. Но знаешь, Ризанд, если ты прибыл сюда, чтобы втянуть меня в другую войну…
— Ни в коем случае, — спокойно перебил его Риз. — У меня этого и в мыслях не было.
Уловив мое недоумение, Крессэда проворковала:
— Верховные правители затевали войны и по менее значимым поводам. А воевать из-за столь необычной женщины — вполне объяснимо."
"Так вот почему Таркин согласился на встречу с Ризом. Причина была не только в желании отблагодарить за прошлое. Ему захотелось прощупать наши намерения.
Неужели Тамлин начнет войну в погоне за мной? Должен же он понимать полную бессмысленность войны с Ризандом.
Тем более что в письме я предостерегла Тамлина от попыток вернуть меня силой.
Не настолько же он безрассуден, чтобы затевать войну, которую проиграет. Ему бы пришлось воевать не просто с сильной фэйской армией, а с иллирианскими воинами под командованием Кассиана и Азриеля. Такая война стала бы для Двора весны настоящей бойней.
Примерно это я и сказала, изобразив на лице скуку и придав голосу такие же скучающие интонации:
— Не предвкушай развлечения, принцесса. Верховный правитель Двора весны не пойдет войной на Двор ночи.
— Никак тебе это сам Тамлин сообщил? — спросила Крессэда, приторно улыбаясь.
После этого меня перестала мучить совесть из-за грядущей кражи. Я говорила спокойно, с нарочитой медлительностью:
— Есть сведения, известные всем, и есть те, о которых знают немногие. О моих отношениях с Тамлином знает вся Притиания. Однако нынешнее состояние этих отношений тебя не касается, равно как и остальных. Я достаточно знаю Тамлина и понимаю: войны между дворами не будет.
