– Как поймаешь?
Актаев очень хотел ввернуть что-нибудь умное, но по малости опыта только строго нахмурился.
– Говорят, певица, испанская знаменитость Отеро, скоро на гастроль к нам приедет, так вот ее-то Королевой брильянтов величают. Брильянтов у нее видимо-невидимо, вся увешана, – продолжил Лелюхин.
– Ее за решетку не посадишь, – сказал Кирьяков.
– Дело непростое…
– А еще, господа, Марию-Антуанетту, ту, что на плахе французский народ головы лишил, – со вкусом продолжил Кирьяков, – как раз прозывали Королевой брильянтов на том основании, что…
– Да о чем вы, раздражайший мой?! – заметил Михаил Аркадьевич.
– …У нее было ожерелье в семнадцать брильянтов чистейших величиной с орех, еще три грушевидными каплями, сотня мелких на трех лентах, и еще…
– Может, там, – Лелюхин указал в потолок, – малость напутали?
– Там, – повторил жест Эфенбах, – не путают! Уж вляпались в кисель, так за уши не вытащить.
Растерянность сыска легко объяснима. Тот, кто сообщил обер-полицмейстеру важные сведения, забыл уточнить маленькую деталь: Королевы брильянтов не было.
Вернее, был миф о великой аферистке, которая удачно грабит богатых господ в разных городах, при этом остается настолько неуловимой, что ее не то что ни разу не поймала полиции, но даже портрета или описания Королевы не существовало. Все четыре сыскные полиции империи, в Петербурге, Москве, Киеве и Одессе, знали этот миф, под который удобно подгонять нераскрытые дела. Чем безнаказанно пользовались. Только Власовскому объяснить это невозможно.
Он будет уверен, что из него пытаются сделать дурака. Со всеми неизбежными последствиями. Теперь в дураках оказался московский сыск. Во главе со статским советником Эфенбахом.
– Как ловить? Где ловить? Кто ловить будет, Пушкин? – обреченно спросил Михаил Аркадьевич, не требуя никакого ответа и в кои веки правильно используя поговорку. Про себя он подумал, что въедливость в дела юноши Ванзарова и столь дикая информация, доложенная прямо обер-полицмейстеру, быть может, звенья одной цени.
Уж не копает ли под него друг из Департамента? В полиции всякое случается.
– Поймать можно, – отозвался Пушкин, не забыв при этом зевнуть.
Все взгляды обратились к нему. Даже Актаев вытянул шею, чтобы лучше видеть.
– И как же? Волшебным сачком будете ловить привидение?
Пушкин затребовал из шкафа карту Москвы.
7Стеклянный купол ресторана уходил под небеса, откуда свешивались титанического вида люстры с цветочными плафонами.
