Изначальный план вообще не подразумевал конвой, его планировали перевезти на маленьком фургоне незаметно, но скорее всего, фургон перехватили бы по дороге, и больше Долгопрудного мы бы не увидели.
— Да, Аксёнов говорил что-то похожее. Но я всё ещё не понимаю, если это дело настолько большой государственной важности, что сюда отправили целых трех паладинов, то почему вы сами его не конвоировали? Взяли бы на руки или в кабину и перевезли. Вряд ли бы вообще кто-то из Легиона посмел на вас напасть.
— Не посмели бы, — даже не стала отрицать Мирослава.
— Но причины были. Если бы на вас не напал Легион с использованием техники и порталов, мы бы не стали вмешиваться. Фактически ваши боевые действия развязали нам руки.
Интересный поворот событий.
— Вы не слишком осведомлены о том, что происходит во Владимире, — продолжила девушка. — Столица сейчас больше похожа на змеиный клубок, где кланы ведут свои закулисные игры, и Его Величество пусть и находится выше них, но дворяне — опора его власти, и с ними приходится считаться.
Я не буду вдаваться в детали, но всё, что касается владений Золтаревых, вызывает очень большие споры в верхах. Кто-то, без сомнения, получает огромную выгоду в этих «зонах беззакония», кто-то считает, что нужно отнять особый статус данных земель. Император придерживается последнего. Ещё отец Михаила Алексеевича желал этого, но у него не было на руках повода начать расследование. Понимаете?
— Отчасти.
— Это уже хорошо, — очень мило улыбнулась Мирослава.
— Владыка не может просто взять и отнять особый статус без причины, это могут счесть самодурством и попыткой ущемления дворянства. За последние десятилетия и так накопилось много проблем, в частности сильно укрепились купеческие союзы, сформировавшие корпорации, которые ничем не уступают дворянам по влиянию и могуществу.
— Император опасается, что это может вызвать гражданскую войну?
— Войну — это сильно сказано, но напряженность между дворянством и купечеством сильно обострилась, и попытка отобрать особый статус земель Золтаревых будет воспринята как очередное ущемление.
Для этого нужны очень, очень веские основания, и Долгопрудный может нам их дать. То, что устроили Золтаревы и его окружение, уже вызвало очень жаркие споры в верхах. Сражение с использованием боевых машин на территории Империи — это слишком, и даже дворяне это понимают.
— По мне, слишком большие риски, — покачал я головой. — Вы зря пустили все на самотек.