Теперь мой старый друг взвизгнул, но стоило ему коснуться земли, как фигура стала больше. В один миг он прибавил в росте и весе, а ещё в мышцах. Я бы даже сказал, что теперь всё его тело было сплошь мышцами и хитиновой броней. Его голова изменила форму, став клинообразно, от былого светловолосого и улыбчивого юноши не осталось и следа, теперь это был настоящий монстр искажения, да ещё уровня босса S-ранга.
— Разберись с летающими штуками и догоняй, — бросил ему, проносясь мимо. Санти в ответ лишь зарычал.
Увы, в этой форме у него отрубается большая часть мыслительных процессов и всё сводится к сокрушению врагов. К счастью, он вроде плюс-минус узнаёт своих и после боя может вернуться в исходную форму.
Монстр оттолкнулся из земли и взмыл в воздух, преодолевая сотни метров за мгновения. Кулак столкнулся с барьером, и последний лопнул словно скорлупа, а затем летающая машина разлетелась вдребезги.
Вот, другое дело. А мне пора догнать своих.
Глава 7"
"Пока Санти разбирался с первой летающей машиной, вторая тем временем сосредоточила огонь на грузовике.
Видимо, пилот потратил все ракеты на меня, так что стрелял исключительно из крупнокалиберных пулеметов, осыпая машину непрерывным свинцовым дождем. Грузовик вроде держался, ему помогал артефакт с барьером. Машины сопровождения отстреливались, но пока без особого результата, барьер на летуне стоит хороший.
Грузовик успел достаточно сильно оторваться от сражения, сказывалась чистая дорога, ведь основной затор остался позади.
Впереди же, видимо после сообщения о сражении, перекрыли дорогу, потому что встречный поток практически иссяк.
Новый портал, и сразу несколько шестилапых танков грузно приземлились, вступая в бой. Один упал позади конвоя, пытаясь отрезать меня от машин, а второй где-то впереди.
— Да чтоб вас… — выругался я.
А тем временем летуну удалось взорвать одну из машин сопровождения. Её изрешетило, она дернулась и прямо на скорости перевернулась, закувыркавшись по дороге.
Примерно в этот же момент меня догнал Санти. Не спрашивая указаний, он рухнул прямо на танк впереди, который даже успел сделать по нему выстрел из тяжелого орудия. Одна их хитиновых пластин на груди треснула и задымилась, но Санти этого словно и не заметил, лишь сильнее разъярился. С нечеловеческим ревом он рухнул на танк и играючи, словно ребенок пауку, оторвал вначале одну лапу, затем вторую, а третьей стал дубасить по основному туловищу.