И по мере того, как она осмысливает мои слова, наступает момент, когда девушка решает, что я более интересен, нежели то, что у нее в телефоне.
Она переводит его в спящий режим и откладывает.
Чертовски предсказуемо.
Каждая примерная богатая девочка гадает, каково это – встречаться с парнем по ту сторону золотых ворот. Это самые острые ощущения, которые они смогут испытать в жизни.
– Это шутка, верно? – Она оглядывается по сторонам. – Бонни тебя надоумила?
– Не знаю никакой Бонни. Я Купер.
– Маккензи, – отвечает она и хмурится, соображая в чем же подвох.
– Но у меня действительно есть парень.
– Ты говорила.
На этот раз она не отстраняется, когда я наклоняюсь. Расстояние между нами становится все меньше, напряжение нарастает.
– В цивилизованном мире, – медленно произносит она, – это имеет значение.
– Но я почему-то не вижу этого загадочного парня, о котором ты все время вспоминаешь.
Она смотрит на меня с недоверием, однако в ее глазах загораются искорки веселья. Маккензи прекрасно знает, насколько привлекательна, и наверняка привыкла к тому, что парни за ней гоняются толпами.
Однако я чувствую ее беспокойство. Я сбил ее с толку. Это говорит мне о том, что она подумывает над этим. Я встречал много таких девушек, как она, переспал с парочкой из них и сейчас вижу, как в ее красивой головке крутятся все эти надуманные фантазии в стиле «а что, если…».
– Я тут с соседкой. – В ее голосе все еще слышится какая-то борьба, сопротивление или, по крайней мере то, что она пытается выдать за него.
Эта девушка, похоже, никогда не была легкой мишенью. – У нас девичник.
– Да уж, вы отрываетесь по полной, как я посмотрю, – протягиваю я, кивая на стакан с водой, который она заказала. – У кого-то комплекс «хорошей девочки»?
– Я просто умираю от желания узнать, как оскорбления помогут тебе выиграть пари.
– Задержись и узнаешь.
Маккензи берет стакан с водой.
– Это называется «быть хорошей подругой». Сегодня я уже выпила свою норму из двух алкогольных напитков.
– Как скажешь, принцесса.
Она вертит соломинку.
– Я просто присматриваю за соседкой.
– И выглядишь очень одинокой.
Маккензи поднимает голову и прищуривается. Судя по ее оценивающему взгляду, она пытается понять мои мотивы.
– Почему мне должно быть одиноко?
– Хватит нести чушь.
Она кивает с ухмылкой.
– Да уж, хватит.
– Ты красивая девушка, но сидишь в переполненном баре одна, уткнувшись в телефон, потому что предпочла бы находиться в другом месте.
