Радик не знал, сколько у него есть времени, чтобы привести себя в боевую готовность. Но он уже сейчас мог выпрыгнуть в окно. Рефлексы уже сорвали тело с постели, шаг на разгон, толчок и полет. Первый этаж для десантника – не высота. Так бы он и поступил, если бы не Лара. Он не мог оставить ее в беде.
Рука сама потянулась к гантели за тумбочкой. И к тому времени, как в комнату вломился бугай в кожанке, три килограмма чугуна превратились в метательный снаряд. На ускорении снизу вверх он врезался в подбородок противника.
Это нокаут... Но, отталкивая своего напарника, в комнату влетел второй громила. Радик остановил и его. Молниеносным ударом в горло сломал ему кадык. Но на это ушло время. А на него, под прикрытием покойника, напрыгивал третий бугай. Радик упал вместе с ним, схватил его за шею, чтобы сломать ее, но четвертый налетчик успел ударить его по голове той самой гантелью...
В себя Радик пришел в гостиной. Он сидел у батареи, наручниками прикованный к ней. Ноги накрепко обмотаны клейкой лентой.
Голова разваливается на части от боли, перед глазами – красная липкая пелена. Какой-то человек на стуле сидит. Курит, в упор смотрит на него. В дверях маячит еще один тип...
– Что, не узнаешь? – спросил человек со стула.
Радик попытался сфокусировать на нем взгляд, но острая резь в глазах заставила отказаться от этой затеи... Зато он узнал голос.
– Артем?
– Ага... Что ж ты натворил, гаденыш? Одного пацана покалечил, другого убил...
– Лара где?
– И этот о бабе печется... Ничего с ней не будет, не ссы.
Я не беспредельщик...
– А кто ты?
– Предприниматель я. То есть предприимчивый человек... Видишь ли, ты убил моего босса... Казан его кликуха... Что, вспомнил?
– Не знаю такого.
– Да брось ты. Линьков во всем сознался, на тебя показал...
Красная пелена стала оседать, боль в глазах стала тише, повысилась четкость изображения. В тусклом свете старой люстры Артем казался выбравшимся из адских разломов дьяволом. Страшный блеск в глазах, губы кривит мефистофельская улыбка, тяжелые плотные волны подавляющей энергетики.
..
– Линьков не мог...
Радик мотнул было головой, но скривился от нахлынувшей боли.
– Ну, да, Линьков не мог, – ухмыльнулся Артем. – Я мог тебя сдать, да? Тогда, в учебке, да? Старлею тебя застучал... Ты даже разбираться не стал, сразу наехал. А то, что сам себя спалил, не допер... Ваньчук тебя сдал, капитан там такой был, он под Юлькой жил... Юлька сказала...
– Мог бы и сказать, что это не ты, – пожал плечами Радик.
