– Мы их побили – и мы ненормальные! А были бы нормальные, они бы побили нас? Мне не нравится такая норма!
Валяющийся под грибочком «похититель полотенец» приподнялся на локтях и завопил вслед своим подельникам:
– Куда? Вернитесь, я же заплатил!
Голос был очень знакомый.
– Кто б сомневался, – тоном усталой покорности протянула Кисонька.
– Я! – возмутилась Мурка. – Я думала, у него в голове хоть какие-то мозги есть. – Она присела на корточки у валяющейся на песке тушки и задушевно спросила: – Мотя, это ты шпану на нас натравил?
– Да! – взвизгнул Соболев, попытался глянуть Мурке в глаза, но его взгляд испуганно метнулся в сторону.
– Я с балкона видел, как вы из пансионата смотались, и за вами пошел! Ты не имела права так разговаривать с моей мамой!
– За маму вступился? – протянула Кисонька. – Уважаю, уважаю… – Она выпустила из рук махровый жгут, сжала кулаки и замерла в стойке. – Ну давай, я готова!
Мотя попытался спрятаться за металлическим столбом грибка.
– Я девчонок не бью! – пронзительным фальцетом пискнул он.
Кисонька безнадежно опустила руки:
– Мотя, ты нанял гопников, чтоб они нас побили!
– Это вы их побили! И меня! И маму хотели! Вы хулиганки! Вы… вы не имеете права!
– И снова я удивляюсь людям, – вздохнула Кисонька – ночь и драка как-то провоцировали желание пофилософствовать. – Сперва он пытал нас песнями, потом его мама гонялась за нами на машине, потом притащился за мной в Бердянск, куда его никто не звал, натравил на нас шпану – и мы не имеем права!
– Я вовсе не за вами потащился – не хватало за девчонками бегать! – Мотя выбрал самое уязвимое место в Кисонькиной речи.
– Я к отцу приехал!
– Который тоже бегает. От тебя, – припомнила Кисонька злобные откровения Мотиной мамы.
– Тот еще гад! – радостно подтвердил Мотя. – Ничего для меня не делает!
– Зачем ты тогда к нему приехал?
– Так он мой новый клипак оплачивает. В аквапарке и будем снимать, – простодушно пояснил Мотя.
– Это у тебя называется «ничего»? – не выдержала Мурка.
– Он на самом деле знаете, сколько бы мог? – искренне возмутился парень.
– На местное телевидение пропихнуть, даже свою программу мне сделать – так нет, отказался! Рылом ты, говорит, сыночек, для телевидения не вышел!
Близняшки захихикали. Мотин папа не прав: рылом его сыночек скорее «перешел». Не у всех же телевизоры с диагональю в 32 дюйма, у некоторых и маленькие есть, в них Мотя точно не поместится!
– Вы видели, где он нас поселил? – продолжал возмущаться Мотя.
