Весной зависали вдвоём, потом на лето разъехались. Сегодня вот встретились.
Рассматриваю Лизку: загорела, кое-что явно увеличила.
— Нравится? — Замечает мой взгляд?
— Пойдёт.
Я не фанат большой груди, но ей идёт.
— Поехали?
— Сча, Лизок, пять сек. Надо с Юркой поговорить."
"Надувается и бормочет в спину, что мог бы и позвонить другу. Мог бы, но на вечер у меня планы: я вроде как и правда соскучился. А Юрика надо обработать сразу, чтоб не съехал с темы, раз уж такой шанс выпал.
Удивлён: он и не собирается съезжать.
В аудитории стоит хохот, когда вхожу. Берт уже свалил, просочился мимо, пока я с Лизкой здоровался.
Отмечаю, что смех у убогой звонкий и заразительный, так и тянет улыбнуться в ответ. Но ляяяяя, это же провинция провинций. От неё прёт рынком и столовскими макаронами.
Тут я привираю малёхо: пахнет от неё почему-то шоколадом. Мне в первый раз показалось, а сейчас я убедился, когда рядом встал. Специально выход перекрыл, чтоб ей протискиваться пришлось. Справилась и даже не задела, не то, что её неуклюжая подруга.
И очки дурацкие!
— Что за ржач устроили? — Засовываю большие пальцы в карманы джинсов. Покачиваюсь с пятки на носок и смотрю на друзей. — Её на место поставить надо, а не веселить. Или ты решил с порога? Пусть между делом в перерывах доклад строчит?
Есть у Юрика пунктик: нравится ему, чтобы девка утром завтрак готовила. Выбирает, правда, не тех. Ещё ни одна нормально не накормила.
— А чё тянуть? Мордашка хорошенькая, фигурка ваще отпад.
А то, что хромоножка, так проще будет. Ещё и спасибо скажет. Я ж не обижу.
— Узнаю товарища. На тачке не забудь прокатить.
— Не учи батю шнурки завязывать.
Лыблюсь и уже сворачиваю к выходу, но останавливаюсь.
— А чё ты её хромой назвал?
— Дак хромая она. Не заметил?
— Не смотрел, — буркаю. Ещё и хромая. Точно, убогая.
Мне её даже немного жалко становится: после Езерского девчонки ревут в три ручья, когда он через пару дней забывает их имена. Но сама напросилась: не фиг было вякать.
Пацаны весь час, пока нам мозги делали, прикалывались, как меня мелочь уделала.
Вякнула хрень какую-то, но за то, что рот прилюдно открыла… за это и получит.
Тяну за собой Лизку, которая на каблучищах еле ногами перебирает. Всегда было интересно: какой смысл носить такие туфли, если не умеешь в них ходить? Красиво, согласен. Пока стоит. Но неужели не понимает, что двигается, как корова и вся красота сливается?
— Не так быстро, Ром.
