Но нос-то у нее на самом деле разбит. Я бы не волновалась, увидев в кафе подростка, которого Катерина попросила мне солгать. Дети! Что с них взять? Но присутствие взрослой женщины меня пугает. Вдруг наркотики? Или какая-то группа, в которой школьников до самоубийства доводят? Что может заставить зрелую даму помогать подростку в обмане родителей? Хочу найти лживую особу. Думаю, ее не Любой зовут. У вас на улице камера висит?
Михаил Борисович почесал бровь.
— Надеетесь узнать номер машины? Есть шанс, если бабенке удалось найти место на нашей площадке.
Сейчас глянем.
Через несколько минут меня охватило ликование. «Люба», выйдя из «Быстрокуры», прямым ходом направилась к красному автомобилю.
— Пожалуйста, номер запишите, — взмолилась я и получила от Михаила Борисовича бумажку.
Я стала благодарить управляющего и просить прощения за то, что грозила ему судом.
— Да ладно, — отмахнулся мужик, — у самого жена точь-в-точь такая. Дети у нее всегда правы, все остальные придурки. Материнская любовь хорошая штука, но ее нельзя превращать в материнскую глупость.
Наподдайте врунье как следует, пригрозите: «Год тебе ничего не куплю!» Живо тогда расскажет, что придумала, куда вляпалась.
— Отличная идея, — похвалила я и убежала, доставая на ходу телефон.
Залезть в базу ГАИ Кузе не составило труда. Мне не пришлось долго ждать, пришло сообщение. «Ангелина Федоровна Крахмалина, управляющая банком «ОМКОНО». Далее был указан адрес и телефоны.
Я сделала пару глубоких вдохов и соединилась с обманщицей по сотовому.
— Да, — недовольно ответили из трубки, — говорите.
Я понизила голос:
— Добрый день, Ангелина Федоровна. Вас беспокоит Елена Николаева. Ваш телефон мне дал Баранов Петр Николаевич.
Услышав имя одного из самых богатых людей России, госпожа Крахмалина вмиг стала медово-сладкой.
— Рада вашему звонку.
— Петя… ох, простите, Петр Николаевич посоветовал мне поговорить с вами, — запела я, — по… э… весьма деликатному вопросу, мои деньги лежат сейчас во Франции и Швейцарии.
Ох! Беседа не телефонная, я не доверяю сотовой связи, она прослушивается. Сделайте одолжение, найдите время поговорить со мной сегодня до восьми вечера. В одиннадцать я улетаю. Мне нужен совет. И вопрос насчет процентов, которые я получу в случае перевода к вам двадцати — тридцати единиц. Понятно объяснила?
— Конечно, конечно, можно прямо сейчас приехать.
— Крайне любезно с вашей стороны, — поблагодарила я, — уже еду. Небольшая просьба.
