Однокомнатная квартирка на четыре рыла в принципе будет нормально. В тесноте, зато вокруг пылит и грохочет Москва. Шнур знал, что в этом городе гуляют огромные бабки. Банки, офисы, торговые центры, богатеи на «мерсах», народ при бабках, и всего этого валом. Только успевай разгребать... Найдут они свое место в этой громаде. Будет у них серьезное дело и конкретные бабки. Надо только осмотреться, освоиться, просчитать все, взвесить.
– Да хоромы-то нам не нужны. Но и четыреста баксов – это много...
– Ты только что говорил про двести, а уже про четыреста несешь, – подозрительно покосился на Товарняка Шнур.
– Я не понял, ты чо, двести баксов замылить хочешь?
– Не, ты чо, в натуре, я ж не крыса... Крысы в этих газетах живут. Знаешь, какие здесь комиссионные за съем хаты? Сто процентов, понял? Если хата двести баксов стоит, ты все четыреста за нее отдашь...
– Двести баксов навара с одной хаты, не хило, – завистливо причмокнул Шнур.
Да, Москва – это поистине золотое дно. Куда ни ткни, всюду бабки.
Надо только суметь их поднять. Те же квартирные агенты качают бабло из воздуха. Может, ему с пацанами тоже подключиться к этому процессу?.."
"– Есть, правда, другой вариант, – сказал Товарняк. – Пятьдесят баксов, и тебе дают наводку на хозяина хаты. Я уже звонил на эту фирму. Они двухкомнатную хату всего за двести пятьдесят баксов предлагают, место, говорят, отличное. И всего пятьдесят баксов за наколку...
– Всего? – усмехнулся Шнур.
Они Любку грохнули за меньшие бабки. Не рано ли Товарняк начал швыряться деньгами?.
. А может, иначе в этом городе и нельзя. За все нужно платить...
Товарняк по карте московских дорог лихо вычислил маршрут. И на посредническую фирму вышел всего за пару часов.
В «Аренде-сервис» их встретила симпатичная барышня. Важная такая, вся занятая. Но клиенты – это прежде всего. Как начала грузить... Шнур скоро понял, что абсолютно не понимает, о чем она базарит. Зато Товарняк внимал каждому ее слову.
К барышне подошла ее подружка. Вот это бикса! Белокурые волосы, голубые глаза, грудь, талия, ножки – все в цвет.
И эта мамзель умостилась на стул в нескольких шагах напротив Шнура. Запах дорогих духов кружил голову, а высоко открытые ножки, даже заброшенные одна на другую, пьянили воображение. Шнур, не задумываясь, подмахнул поданный ему договор. Разве что только взглянул, что в нем проставлены реквизиты конторы и печати.
Важная барышня протянула им квиточек с именем хозяина квартиры и его телефоном.
