– Она сказала, что ты ей не нужен, – угрюмо буркнул он.
– А я это слышал? – взвился Шнур.
– Слушай, я не понял, что за дичь ты вообще несешь? – как от лимона скривился Осип. – Ты что, совсем на бабах помешался? Совсем одичал там на тюрьме?
– А ты сам там когда побудешь, тогда и скажешь... Ты вообще кто такой, чтобы бочку на меня катить? Ты за колючку хоть раз ходил? Нет. Пацанов реальных знаешь? Тоже нет... Ты вообще никто, понял?..
– Как это никто? – вскипел Осип. – Меня пацаны замест тебя поставили!
– Когда это было? Когда меня мусора замели? Счас-то я уже дома, и пацаны теперь за мной будут.
..
– А давай послушаем, что пацаны скажут!
– Чего?! Что ты сказал?! – офонарел от его наглости Шнур. – Я не понял, мы что, еще кого-то спрашивать должны? Ты к чему эту тему поднял?.. Ты хочешь, чтобы пацаны решали, под кем ходить?..
– Да, хочу!.. Я тебе честно скажу, Шнур. Беспредельщик ты! – выпалил Осип.
– Чо ты сказал?
– Что слышал, то и сказал... Вся братва знает, что ты Симку Салтыкову замочил!
– Кто тебе такое сказал?
– Да все знают, что ты ее склеить хотел.
И на хату к этому Теме приперся...
– Слушай, я не понял, ты что, предъяву мне выставляешь?.. Если я кого-то замочил, это мое личное дело, понял!.. Эта сука пасть на меня открыла, я ей по делу врезал. По делу, а не по беспределу, понял! А это по понятиям! И ты меня этой мокрухой не сдвинешь!.. Давай лучше реальных людей позовем. Пусть они скажут, есть косяк за мной или нет, а?
Шнур знал, какие слова говорить. И под каким напряжением толкать базар, тоже знал.
Осип утух. И смотрел на него как побитая собака. А Шнур продолжал наседать:
– Слушай, а может, ты уже и в ментовку на меня стуканул, а?.. Дятел, в натуре, эта сука на меня в ментовку стуканула!
– Гонишь ты, Шнур, – буркнул Осип. – Я на тебя не стучал...
– А хрен тебя знает, барабанил ты или нет... Короче, если менты меня по этой теме тронут, то все будут знать, что это ты меня вложил...
– Да не вкладывал я тебя...
Шнур не прочь был и дальше драть этого козла и в хвост, и в гриву.
Но у него жутко разболелась челюсть. И каждое слово уже давалось с большим трудом.
– А это мы посмотрим, – через силу сказал он.
– Не, серьезно, менты ничего не знают. У меня все под контролем. Если менты что пронюхают, дело все равно возбуждать не будут...
– Ладно, – махнул рукой Шнур.
Он устало опустился в кресло, обхватил ладонями скулы.
– Болит? – осторожно спросил Осип.
Шнур кивнул.
– Зубы?
– Не-а... Козел один...
